пятница, 29 января 2010 г.

ИСЛАМ И НАУКА

ИСЛАМ И НАУКА

Сегодня, благодаря прессингу СМИ, в сознании многих людей, в том числе и самих мусульман, образ ислама формируется как синоним мрачного средневековья и ретроградства, как форма общественного устройства, где царит мракобесие, невежество, неприятие научно-технического прогресса, религиозная нетерпимость и фанатизм. Этим самым демонстрируется либо абсолютное незнание истории исламской цивилизации и Европы, либо откровенная предвзятость и ангажированность авторов подобных публикаций.

Прежде всего необходимо развеять миф о якобы существующем в Исламе разделении наук на религиозные и светские. Причем последние, как сегодня полагают даже многие мусульмане, якобы намного ниже по своему достоинству религиозных, или, более того, обладают знаком минус и потому заслуживают пренебрежительного к ним отношения. Оттуда и, вызывающая раздражение у всякого мало-мальски знакомого с мусульманской культурой, так часто встречающаяся в СМИ формулировка - алимы и ученые. Этот дуэт, по замыслу его создателей, призван еще более подчеркнуть, выделить жирным шрифтом несуществующее в исламской культуре деление знаний на религиозные и светские. Хотя не существует ни одного аята Корана и ни одного высказывания Мухаммада (мир ему) позволяющие сделать подобные выводы.

Во многих аятах Корана исследования человека в области «неба и земли» напрямую увязываются с обретением веры в Единственного Бога. Множество высказываний Пророка Мухаммада (мир ему) также нацелены на побуждение мусульман к приобретению знаний. Различие или какое-либо предпочтение при этом между так называемыми светскими и религиозными знаниями напрочь отсутствует. Более того, согласно мусульманскому праву незнание, неосведомленность мусульман в какой-либо области науки накладывает грех на всю мировую мусульманскую общину, пока достаточное количество ее членов не овладеет этими знаниями в совершенстве.

Что же касается навеянных СМИ утверждений об антинаучном характере Ислама и шариата, то они не могут не вызвать смех даже при беглом просмотре мусульманской культуры. Что мы и попытаемся сделать.

С первых же шагов Ислама развитие науки, техники и обретение знаний стало в халифате самым достойным делом. Результатом этого было становление величайшей исламской цивилизации в поразительно короткие сроки. В то время, когда Европа переживала упадок, исламская культура в халифате характеризуется бурным подъемом во всех областях науки, доступных человеческому разуму той эпохи: химии, физике, математике, географии, медицине, астрономии, историографии, фармакологии, лингвистике, философии и др.

Мусульманский мир познакомил Западную Европу со многими сельскохозяйственными продуктами. В VIII веке мусульмане возделывали в Испании рис, гранатовое дерево, финиковую пальму, ввели шелководство, начали выращивать хлопок. Поливное земледелие нашло применение в Европе благодаря арабам, которые обучили европейцев технике подъема воды, орошения и осушения почвы. Арабы также распространили в Европе систему оросительных каналов с общественным контролем за распределением воды. Уже в VIII веке в Самарканде и Бухаре работали бумажные мастерские. Лишь четыре века спустя в Европе, благодаря принесенной арабами в Испанию бумаги, заработали бумажные мельницы. Мастерские городов мусульманской Испании не знали себе равных в изготовлении шелковых, парчовых, шерстяных тканей, дорогих сортов кожи с тиснением и позолотой, стеклянной и бронзовой посуды с рисунками и эмалью, прекрасной керамики, изделий из слоновой кожи и оружия - доспехов и сабель с тончайшей резной отделкой эфеса и ножен. Благодаря мусульманам Андалусии в Европе появились первые проблески гончарного производства и изготовления фаянса.

В правление аббасидского халифата мусульманская наука получила особое развитие. При халифе Харун ар-Рашиде (786-808) и его сыне аль-Мамуне научная деятельность переживала период подъема: строились астрономические обсерватории, здания для научной и переводческой работы, библиотеки. Мусульмане достигают ярких успехов в математике, географии и химии. В последней особенно проявился Джабир бен Хайан (721-805), названный в Британской энциклопедии основоположником химии. Именно он ввел основные понятия химии: кристаллизация, растворение, перегонка. Смешивание красящих веществ, окрашивание, извлечение минералов и металлов, плавление - все эти технические средства на непревзойденном уровне использовались мусульманами в производственных целях.

Астрономия обогащалась важными открытиями, благодаря исследованиям мусульманских ученых. Аль-Мамуном, халифом и одновременно ученым, была предпринята попытка замерить окружность земли. При его дворе работал математик аль-Хорезми (787- ок. 850), который участвовал в измерениях. Именно благодаря его сочинениям в Европе распространилась цифровая символика с нулем. От арабского слова «сыфр» («ноль», «пустой»), произошло латинское слово cifra («цифра»), первоначально означавшее также ноль, откуда через французское слово chifrre произошло русское «шифр». Аль-Хорезми автор научного трактата «Книга о восстановлении и употреблении» («Китаб аль-Джебр ва аль-Мукабалла»), в котором были приведены правила решения уравнений, а также употреблен термин «аль-Джебр», откуда и произошло название европейской алгебры. Латинский термин algorithmi («алгоритм») - это транслитерация арабского имени аль-Хорезми. Сегодня алгоритм - одно из основных понятий математики и кебернетики.

В VIII-XV вв. в арабских странах появляются так называемые зиджи - справочники для астрономов и географов с описанием календарей, указанием хронологических и исторических дат, тригонометрическими и астрономическими таблицами. Европейцы ознакомились с астрономией, плоской и сферической тригонометрией именно из переводов «зиджей» мусульманских ученых, например, как известного астронома аль-Хазини и аль-Батани, который провел самые точные для того времени астрономические измерения, позволившие ему составить таблицы котангенсов.

Наибольших успехов в сфере астрономии добился, пожалуй, ученый, государственный деятель и просветитель Улугбек (1393-1449). В 1428-1429 гг. он построил в Самарканде самую значительную обсерваторию средневековья, оснащенную первоклассным для того времени оборудованием, размеры и возможности которых потрясали воображение европейцев. Чего стоил один только уникальный 40-метровый мраморный секстант, установленный в области меридиана. В своем главном сочинении «Новые астрономические таблицы» Улугбек дал сведения о положении 1018 звезд, таблицы движения планет, которые отличались высокой точностью, а также изложил теоретические основы астрономии того времени. В XV веке Европа получает уникальные для себя сведения в области астрономии из трудов ученых самаркандской школы, возглавляемой Улугбеком. В 1648 году в Оксфорде был опубликован каталог неподвижных звезд из «зиджа» Улугбека в латинском переводе Джоржда Гревса (1602-1652).

Особое значение для развития мировой минералогии имел труд великого ученого аль-Бируни (973-1050) «Собрание сведений о познании драгоценных металлов», в котором подробно описаны более 50 минералов, руд, металлов, сплавов. Аль-Бируни впервые установил плотность и удельный вес многих минералов и металлов. Лишь через четыре века в Европе немецкий ученый Георг Агрикола (1494-1555) создал основы научной минералогии. Аль-Бируни широко применял математический анализ, создал капитальные труды по математике, астрономии, ботанике, географии, общей геологии, определил длину окружности Земли и задолго до Коперника (1543 г.) высказал мнение о возможности движения земли вокруг солнца с той лишь разницей, что никто его за это не запрещал его труды и не предавал его анафеме. Сочинение Николая Коперника «Об обращении небесных сфер» было запрещено церковью вплоть до 1828 года. Не случайно известный историк Джордж Сартон назвал первую половину XI века эпохой аль-Бируни.

В Багдаде, столице аббасидского халифата, сложилась знаменитая школа переводчиков, в которой на арабский язык переводили греческие, сирийские и пехлевийские сочинения по всем областям знания. На арабском языке получили новое рождение философские труды Аристотеля, Платона и неоплатоников, естественнонаучные трактаты Евклида, Архимеда и Птолемея, медицинские трактаты Гиппократа. Уже позже эти труды, исключительно благодаря переводам с арабского на латынь, с комментариями известных мусульманских мыслителей как Авиценны (Ибн Сины) и Аверроэса (Ибн Рушда), увидит Западная Европа. Так, в Толедо (Испания) на протяжении XII века существовала школа, созданная в 1130 году по инициативе архиепископа Кастилии дона Раймундо, где переводили на латинский язык наиболее значительные труды по астрономии, медицине, физике, математике, ботанике, и философии.

Особое внимание привлекает одна из необычных и известнейших фигур средневековья - монаха Герберта из Аурилака (940/950 - 1003). В 999 году он под именем Сильвестр II стал первым Римским Папой французского происхождения. Папа обучался различным наукам в мусульманской Испании, а для этого он изучил арабский язык, которым впоследствии владел в совершенстве. Проведя три года в Толедо, он под руководством мусульманских ученых изучал астрономию, географию, математику, химию и другие науки. Надо признать, что Папа оказался весьма способным учеником, ибо после его возвращения из Испании, европейцы, ошеломленные его познаниями, приняли его за колдуна! Этот анекдотичный факт живо иллюстрирует отставание Европы от мусульманской цивилизации в ту эпоху. Репутация Папы-колдуна сохранилась за Гербертом до самой смерти. Именно благодаря ему европейская арифметика была обновлена введением девяти арабских цифр от 1 до 9. До Герберта эти цифры не использовались за пределами мусульманского мира. Использование арабских цифр заметно упростило решение арифметических задач.

Арабский язык становится для европейцев проводником прогресса, науки и культуры. Поэтому христианская молодежь проявляет огромный интерес к арабскому языку и литературе. Как с сожалением писал один из противников мусульманской культуры в IX веке Кордуан Альваро: «Все молодые, одаренные христиане знают только арабский язык и литературу: они читают и изучают с большим рвением арабские книги и заявляют, что это литература восхитительна...»

Особого расцвета достигает в мусульманском халифате медицина. Мусульманские хирурги использовали анестезирующие средства, когда в Европе об этом и не помышляли. В то время европейские врачи «отключали» своих пациентов ударом твердых предметов по голове. Гарантии на пробуждение от такого наркоза никто не давал. Как пишет Бертран Рассел, английский ученый и философ XX в., лауреат нобелевской премии: «Превосходство Востока было не только военным. Наука, философия, поэзия и все виды искусства процветали в мире Мухаммада, тогда как Европа была погружена в варварство. Европейцы с их непростительной узостью взглядов называют этот период «темным веком», но только в Европе он был темным, фактически только в христианской Европе, так как Испания, которая была мухаммаданской, имела блестящую культуру».

В области анатомии арабский ученый Ибн ан-Нафис в XIII веке первым дал описание системы кровообращения. В 975 году персидский ученый Абу Мансур аль-Харави опубликовал «Трактат об основах фармакологии», в котором изложил лечебные свойства различных природных и химических веществ. В одном только Багдаде был созданы фармацевтические лаборатории, в которых создавались новые медикаменты и изучались незнакомые лекарственные растения, насчитывалось около 60 аптек. Для сравнения достаточно сказать, что в России первая аптека появилась спустя только восемь веков при царе Петре I.

Мусульманский философ и врач Ибн Сина (Авиценна) (980-1037) оставил после себя 156 трудов, охватывающих все области естественных наук, и стал непререкаемым авторитетом в медицине. По некоторым данным им написано 456 сочинений на арабском и 23 - на таджикском языках. Наиболее замечательный труд Авиценны «Канон врачебной науки» лег в основу программы медицинских факультетов Европы. Его книги на протяжении 600 лет являлись основными учебными пособиями для студентов всех европейских университетов.

В области оптики мусульманские ученые также оказали существенное влияние на европейскую науку. В XIII веке польский ученый Витело пишет сочинение по оптике, которое по сути является лишь обработкой (компиляцией) знаменитого труда «аль-Маназир», созданного руками мусульманского ученого Ибн аль-Хайсама еще в X веке. Ссылки на мусульманских ученых и на работу аль-Хайсама в обработке Витело найдены в записных книжках ученого и художника Леонардо да Винчи, которого называют титаном Возрождения в Европе. Видимо не зря Стенвуд Кобб, основатель всемирной ассоциации прогрессивного просвещения, сказал: «Ислам был фактически родоначальником эпохи Возрождения в Европе».

С помощью арабских путешественников Европа впервые получила ценные и достоверные сведения о Китае, Индонезии и других странах Индокитая. Ибн Баттута, автор работы «Путешествие» за 25 лет своих путешествий посетил все мусульманские владения в Европе, Азии и Византии, Северную и Восточную Африку, Индию, Цейлон и Китай, обошел берега Индийского океана, пересек Черное море и от Южного берега Крыма проехал к низовьям Волги и устью Камы.

Арабский путешественник аль-Идриси (1100-1165) по Пиренейскому п-ову, Франции, Англии, М. Азии по поручению сицилийского короля Рождера II составил карту мира и «Книгу Рождера» - ценнейший источник по истории и географии Европы и Африки. Кстати, благодаря именно мусульманским путешественникам и торговцам Ислам широко распространился в Индонезии, Малайзии, Сомали, Эритреи, а также Ислам проник в Китай и государство Мали.

Можно очень долго приводить подобные научные факты, опровергающие обывательское мнение о «невежестве» средневековья мусульманской цивилизации, однако ограниченность газетной площади вынуждает нас остановиться. Хотелось бы закончить эту тему словами историка Роберта Блифолта: «Если бы не арабы, современная европейская цивилизация никогда бы не приобрела тот характер, который позволил ей преодолеть все фазы эволюции; и хотя нет ни единой сферы человеческой деятельности, в которой бы не ощущалось решающее влияние исламской культуры, нигде оно не выражено так ярко, как в естественных науках и научном духе. Этот дух был внесен в европейский мир арабами».

Ясин РАСУЛОВ

yaseen.ru

Проблемы окружающей среды и духовности человека неразделимы

А. Куфтаро:

Проблемы окружающей среды и духовности человека неразделимы
Эту речь шейх Ахмад Куфтаро, бывший муфтий Сирии и один из наиболее авторитетных мусульманских богословов современности, произнес в Москве, в январе 1990 года, на Глобальном форуме, посвященном проблемам окружающей среды и развитию в целях выживания человечества, на котором присутствовали многие тогдашние мировые лидеры, в том числе президент СССР Михаил Горбачев. Несмотря на то, что с того времени прошло уже более 15 лет, слова Куфтаро не утратили своей актуальности и сегодня.

Я молю Аллаха даровать Свои мир, милость и благословение всем Его пророкам и посланникам, в том числе – последнему из них, Мухаммаду, который говорил: «Все создания зависят от Бога, и Он больше всего любит тех, кто приносит пользу людям». Он также передал следующие слова Всевышнего Аллаха: «Я создал Свои творения таким образом, что они могут получать пользу от Меня, а не Я – от них».

Дорогие братья и сестры! Аллах, Который создал Вселенную и установил ее восхитительные законы, предначертал человеку жить на этой планете в окружении бесконечной красоты, изумительных богатств и роскоши, которые дают ему возможность обрести счастье. В Коране – Священной книге мусульман – Господь говорит: «…Он подчинил вам то, что в небесах, и то, что на земле, - все, исходящее от Него» (45:13).

Бог создал людей и послал им пророков (мир им всем) с Откровениями, наделенных благоразумием и мудростью, чтобы сформировать на земле достойное человеческое общество. Каждый из них заложил свой камень в строительство такого социального устройства. Когда же наступил черед последнего камня, был ниспослан Пророк Мухаммад (да благословит его Аллах и приветствует), дабы завершить возведение грандиозного здания.

В результате миссии последнего Пророка (да благословит его Аллах и приветствует) за полстолетия значительная часть тогдашнего мира, несмотря на скудность находившихся в распоряжении Мухаммада (да благословит его Аллах и приветствует) ресурсов, была объединена. Половина человечества стала одной семьей, или одним телом, настолько взаимосвязанным, что боль каждого его члена отзывалась недугом и бессонницей всего организма.

Все жили в атмосфере любви, братства и международного сотрудничества. Равенство, справедливость и свобода были гарантированы каждому.

То действительно был идеал общества, полного духовности и морали, свободного от любой грязи и от всего недостойного. И это – не фантастика и не утопия, а реальный исторический факт.

Я верю в то, что сущность подлинной религии заключается в братстве всех пророков (мир им). На мой взгляд, более поздние из них завершали системы законодательства и религиозные учения, переданные предыдущими. Я также верю в то, что люди, живущие на земле, – это единое братство, и они призваны искать правду повсюду, объявив войну мифам и всем видам самообмана и заблуждений.

В общем, я выступаю за деятельность человека, направленную на достижение добра и противостоящую всем видам зла. Образование же должно служить прогрессу и благосостоянию человечества. Следует также ценить и использовать мудрость прозорливых людей.

Я хотел бы сказать и о том, что я понимаю под словом «развитие» с точки зрения человека, выступающего за единство религии, цель которой – достижение братских отношений между людьми и счастья всего человечества.

Суть всех авраамических религий, учения Будды, различных философов и т.д. заключается в общей цели: улучшении условий существования и повышении уровня развития человечества. Каждый из них пытался вывести людей от невежества к просвещению, от горя – к счастью и от угнетения и попрания прав – к справедливости и взаимной любви.

Разве не говорил Иисус (мир ему) в своих великих заповедях: люби ближнего так же, как ты любишь себя? Неужели не подчеркивал Пророк Мухаммад (да благословит его Аллах и приветствует) важность любви между людьми, утверждая: «Люди – братья друг к другу, и ни один из вас не обретет веры в полной мере до тех пор, пока он не полюбит своих близких так, как себя самого»? Авраам, Моисей (мир им) и другие пророки (мир им всем) стремились к той же самой цели, и об этом ясно говорится в Священном Коране: «Поистине, это – в свитках первых, свитках Ибрахима и Мусы!» (87:18,19).

Точно так же миссионерская деятельность Будды и других великих философов и социальных реформаторов всех веков и народов преследовала единую цель: улучшение условий жизни людей, совершенствование человека, повышение уровня просвещения и стремление к мудрости. И Пророк Мухаммад (да благословит его Аллах и приветствует) утверждал: «Тот находится в убытке, у кого вчерашний и сегодняшний день одинаковы».

Но религия не только стремится установить для человека «рай на земле», но и учит людей вере, основанной на здравом смысле, мудрости, любви к знаниям и добродетели. Об этом сказано в Священном Коране: «Кто совершил благое – мужчина или женщина – и он верующий, Мы оживим его жизнью благой и воздадим их награду им еще лучшим, чем то, что они делали» (16:97). Бог также говорит нам: «Для тех, кто делал добро в этом мире, - добро. А жилище будущее – лучше, и прекрасно обиталище боящихся!» (16:30). В общем, религия призвана не только гармонизировать жизнь на планете, но и устремляет человека к вечной жизни.

Ведь человек и отличается от животных, которые созданы из праха и вновь им станут, тем, что обладает бессмертной душой. Религия же открывает перед ним путь к вечному блаженству.

Теперь несколько слов о проблеме загрязнения окружающей среды.

В соответствии с тем, о чем я ранее говорил, жизнь человека является священной, и в Коране говорится: «…Кто убил душу не за душу или не за порчу на земле, тот как будто бы убил людей всех. А кто оживил ее, тот как будто бы оживил людей всех» (5:32).

На мой взгляд, сегодня можно утверждать, что мир находится на грани самоубийства. Некоторые группы людей, не задумываясь, причиняют непоправимый вред окружающей среде и загрязняют нашу прекрасную природу, в то время как остальные не задумываются об этом.

Позволяют ли подобные действия, ведущие к уничтожению, не только религия, но и обычный здравый смысл? Наша планета подобна космическому кораблю, скитающемуся по бескрайней Вселенной. Его пассажиры несут полную ответственность за поддержание корабля в исправном состоянии, обеспечивающем его безопасность.

Религия приводит в этом смысле очень красивый пример. Пророк Мухаммад (да благословит его Аллах и приветствует) сравнивал тех, кто соблюдает законы Аллаха, и тех, кто нарушает их, с пассажирами верхней и нижней палуб корабля, соответственно. «И люди, находящиеся на нижней палубе, - отмечает Посланник Всевышнего (да благословит его Аллах и приветствует), - хотят сделать дырку в днище для того, чтобы получить доступ к воде, не беспокоя пассажиров верхней палубы. Но если позволить им это, то погибнут все находящиеся на корабле, если же воспрепятствовать, то пассажиры, вне зависимости от того, на какой палубе они находятся, останутся в безопасности».

Таким образом, действия пассажиров нижней палубы подобны сегодня поведению некоторых лиц, проделывающих «дырки» в корабле планетарного масштаба. Поэтому мы все должны прилагать усилия к тому, чтобы «плавание на нашем корабле» было безопасным. Нам следует думать о том, чтобы человеческая деятельность не наносила вреда окружающей среде, той природе, которая подчиняется совершенным законам, заложенным Создателем при ее сотворении.

Вселенная является Божественным даром, которым Он щедро наделил нас. Разве мы не должны быть ответственными и заслуживающими доверия?

Но как мы можем стараться приносить пользу друг другу и в то же время наносить вред нашей общей планете, разрушая озоновый слой и загрязняя ее? Ведь точно такой же вред человечеству наносят и аморальные поступки, которые оскверняют наши души эгоцентризмом, алчностью, безразличием к чужому горю, к судьбе других людей, суевериями и самообманом, затмевающими истину и одурманивающими разум.

Из-за своей неблагодарности люди разрушают общество и цивилизацию, созданные нашими благородными предками под руководством пророков и посланников Бога (мир им всем). Лидеры прежних времен стремились к благу, надеясь на то, что благословенные потомки завершат дело, начатое ими, однако мы только уничтожаем созданное их руками.

Ради же мира, счастья и лучшей доли для всего человечества мы должны сохранить красоту природы нашей планеты, которая поддерживает существование человечества. Для этого следует положить конец всем войнам, преградить путь всему тому, что оскверняет нашу душу и разум, а также прекратить загрязнение окружающей среды и решить проблему народонаселения.

Мы должны стремиться к достижению гармонии, когда царит братское сотрудничество, соблюдается справедливость, люди отзывчивы и доброжелательны друг к другу, а в обществе процветает благотворительность.

На мой взгляд, три группы могут двигать общество вперед по этому пути:
• честные государственные лидеры и политики;
• добродетельные ученые;
• здравомыслящие религиозные деятели и мудрецы.

Этим выдающимся людям должны помогать средства массовой информации, которым также следует нести просвещение жителям самых далеких уголков планеты. Необходимо, наряду с этим, вести диалог между наукой и рассудком, с одной стороны, а также верой и религией – с другой.

Данным путем мы сможем создать на планете мирную среду, добиться гармоничного сосуществования и братства между народами.

В заключении своей скромной речи я хотел бы отметить, что единственная опасность, которой подвергаются люди во все времена, исходит от них самих. Поэтому мир не может быть достигнут без борьбы за совершенствование человека и защиты его достоинства.

Но человек может стать добродетельным, лишь обратившись к сущности религий, к их истинной природе, согласующейся со здравым смыслом и рациональным мышлением. Лишь тогда, когда искренние люди с ясным рассудком поймут, что божественные Откровения были ниспосланы на благо всем, общество достигнет процветания.

В этой связи необходимо, чтобы религии вновь стали выполнять первоначально возложенную на них миссию призыва людей к знаниям, мудрости и преображению души. Когда же последняя очищается под влиянием разума, научных истин и духовного совершенствования, то люди, в конце концов, понимают и необходимость очищения окружающей среды от всех вредоносных элементов.

И только так человечество сможет осуществить свое великое призвание – жить в любви и мире.
http://www.islam.ru/science/ecology/kuftaro/

Ислам и экономическое развитие

Ислам и экономическое развитие
С того времени, как человек появился на Земле, его не покидала о бессмертии и лучшей жизни. Сельскохозяйственные и промышленные революции свершились с целью завоевания человеком господства над миром, подчинения себе природы для ее целесообразного использования. Вплоть до того, что сегодня прогресс занимает умы большинства стран, особенно развивающихся. В настоящее время развитие составляет основу политических курсов и проектов. Однако что такое прогресс и при помощи каких образцов можно укоротить путь к его достижению?
Слова прогресс, развитие и рост очень часто употребляются в экономической и политической литературе мира. Во многих экономических исследованиях эти термины используются как синонимы. Некоторые экономисты постарались провести разницу между "ростом" и "развитием". Под словом "рост" подразумеваются, главным образом, такие экономические и количественные параметры, как прибыль на душу населения и валовой национальный продукт. Развитие же включает коренные перемены и преобразования. Другими словами, сфера "развития" гораздо шире "роста" - это более многогранное явление. По мнению ряда экономистов, показателями "развития" считаются справедливое распределение богатств, искоренение нищеты, улучшение показателей в здравоохранении и просвещении, создание занятости, целесообразное использование природных и человеческих ресурсов и, наконец, всеобщее благосостояние. Экономист Майкл Тодаро следующим образом характеризует экономическое развитие: "Экономическое развитие означает качественное улучшение жизни всех слоев общества, следствием чего является, в свою очередь, экономический рост, достигаемый за счет правильного использования производственных возможностей. В последние десятилетия в международных обществах обсуждается понятие "устойчивое экономическое развитие". Сторонники устойчивого развития утверждают, что охрана окружающей среды неотъемлема от вопроса экономического развития и должна приниматься во внимание в планировании экономического развития. Поэтому мерилами развития, помимо экономических и социальных вопросов, являются окружающая среда и ее охрана. В противном случае развитие со временем теряет свою эффективность и устойчивость.
Говоря о развитии, некоторые специалисты не ограничиваются лишь экономическими аспектами и считают, что достижение культурного прогресса также должно входить в цели развития. И тогда между "развитием" и ценностями общества возникает некая связь. То есть каждое общество при культурном прогрессе
должно продвигаться вперед на основе своих национальных и религиозных ценностей, а не исходя из превалирующей в западных обществах и развитых странах культуре. До семидесятых годов в распространенной литературе развитию, культуре и культурным ценностям не придавалось особого значения и главную тему дебатов по развитию составляли экономические вопросы. Однако начиная с семидесятых годов на созываемых ООН конференциях принимаются во внимание и культурные вопросы. В то же время исследования специалистов ЮНЕСКО показывают, что программы развитых стран не включают рассмотрение культурных вопросов в рамках развития.

В процессе развития любого общества следует учитывать одно обстоятельство, а именно то, с чего начинается развитие. Кто будет извлекать из этого выгоду или какой ценой будет достигнуто экономическое развитие? Несмотря на мнение некоторых, не следует полагать, что для повышения прибыли можно пренебрегать нравственными ценностями, экономической справедливостью и благосостоянием населения. Экономическое развитие может сопровождаться общественной справедливостью, свободой, сохранением человеческого достоинства и гуманных ценностей.
В этой связи мы постараемся раскрыть для вас вопрос развития с точки зрения ислама и его назначения в экономической системе ислама. Ислам, как религия, учитывающая все потребности человека, обращает внимание и на смысл развития. На основе исламского учения развитие и его смысл проистекают из взгляда этой религии на назначение человека в мире, цель его существования и использование божественных благ. Изучая исламское учение, мы приходим к заключению, что оно регулирует экономическое поведение общества и государства, а также атмосферу общества таким образом, чтобы в нем реализовалось адекватное и устойчивое экономическое развитие в рамках возвышенных целей. Не следует забывать и того, что в исламском обществе нравственные и человеческие законы играют роль в экономической деятельности. Это способствует осуществлению экономической деятельности в здоровой атмосфере и на основе правильного принципа.
http://www.tebyan.net/Islam/IslamicBeliefs/OtherArticles/2007/10/3/48124.html

Ученый и технологический мир ислама - фундаментальная структура новой гуманитарной цивилизации. ч.2

Ученый и технологический мир ислама -

фундаментальная структура новой гуманитарной цивилизации


http://lib.ru/POLITOLOG/SHILOW_S/sh11.txt

---------------------------------------------------------------
Email: info@psun-wppr.org
Date: 14 Dec 2002
---------------------------------------------------------------


Современная ситуация в области реального наднационального научного,
технологического и экономического знания характеризуется раздробленностью
разделов и практик, отсутствием стратегии, и, главное, не может в этом
состоянии стать основой реальной концепции устойчивого развития. В основе
подобного состояния - материалистическая парадигма современного познания, в
своем логическом завершении имеющая действительный атеизм, препятствующий на
генетико-семиотическом уровне необходимости фундаментального
научно-технологического поворота ("мировой рефлексии"), способного вывести
цивилизацию на пусть устойчивого развития.
Мир сегодня разговаривает на английском языке, но творит новый мир на
языке арабских цифр. Число становится главной движущей силой цивилизации:
компьютерные информационные технологии, всякие цифровые технологии вообще,
пронизывающие все сферы человеческой жизнедеятельности и организующие их.
Природа числа, "власть над числом" коренится в феномене времени. Грядущее
философское учение ислама - это учение о Времени. Время - несокрытая тайна
Ислама. Главный символ ислама в Мекке - священный черный камень - есть также
и непосредственное послание о Времени, есть также и живое тело, самость
Времени.
Важнейшим направлением деятельности международной инвестиционной группы
в рамках содействия становлению Ученого и технологического мира ислама
должно стать фактически создание институциональной структуры фундаментальной
науки, ориентированной на исследование современными методами феномена
времени, а также развитие новых методов исследования времени. Современная
западноевропейская наука, характеризующая эпоху "конца истории", является
преимущественно наукой о пространстве, - именно это обстоятельство и
выражается в многообразие ее разделов, спецификаций, сохраняющих между собой
не столько смысловые, сколько топологические связи. Мусульманские страны,
являющиеся крупнейшими разработчиками и поставщиками минерального сырья, и
должны стать родиной новых высоких энергетических технологией (в отличие от
"наивно-материалистических" идей использования солнечной энергии и прочих
"ветряных мельниц"), основанных на научной разработке сложной и системной
проблематики Времени.
Стратегия временного развития станет реальной научной основой стратегии
устойчивого развития, дополняя стратегию пространственного развития,
разрабатываемую европейской бюрократией ("Основополагающие принципы
устойчивого пространственного развития европейского континента", Европейская
конференция министров регионального планирования, Ганновер, 2000).
Наднациональный анти-ислам, продвигающий "брэнд" международного
терроризма, - это глобальный вызов для проявления наднационального ислама,
Ученого и технологического мира ислама, универсальных структур нового
университета. Именно Ученый и технологический мир ислама станет
объективно-историческим проявлением реформационной пассионарности мира
ислама, точкой бифуркации его потенциала. Именно Ученый и технологический
мира ислама резко повысит все виды капитализации (включая гуманитарную форму
капитала) исламского мира в структуре цивилизации, образуя инновационную
составляющую устойчивого развития. Стратегия содействия становлению Ученого
и технологического мира ислама способна сориентировать
гуманитарно-политический, социально-экономический, геополитический,
финансовый и иной ресурсный потенциал исламского мира, препятствуя его
размыванию, в рамках которого сегодня образуются и соответствующие
потенциалы деструктивной деятельности анти-ислама.
Таким образом, необходимо создание авторитетной группы международных
неправительственных и инвестиционных организаций - прежде всего, группы
инвестиционных фондов "Рефлектум" в сфере венчурного финансирования
фундаментальных научных и опытно-конструкторских разработок в рамках
концепции "семи групп структурных проблем фундаментальной науки", -
располагающих необходимым интеллектуальным и финансово-экономическим
потенциалом для разработки концепции устойчивого развития, основывающейся на
раскрытии потенциала Ученого и технологического мира ислама во всемирном
масштабе.
Знаковым моментом начала становления Ученого и технологического мира
ислама могло бы стать создание Открытого университета Саудовской Аравии.
Так, в 1969 году в Великобритании Королевским указом был создан Открытый
университет, признанный впоследствии Всемирным сообщество просвещения в
Ванкувере самым крупным образовательным проектом двадцатого века. Идея
распространения мира Университета, идея непрерывного образования как
фундаментальной структуры человеческой личности, а также создание технологий
поддержки такой образовательной практики, - суть наднациональной миссии
Открытого университета.
Ряд знаковых событий указывают и на начало рефлексивных процессов,
связанных с осмыслением становления Ученого и технологического мира ислама.
Так, российский математик Юрий Манин в 2001 году удостоен престижной
международной премии имени короля Саудовской Аравии Фейсала. Лауреат премии,
превышающей Нобелевскую премию пока только в денежном эквиваленте, -
член-корреспондент Российской академии наук, больше десяти лет работающий за
рубежом - в США и Германии, директор Института математики имени Макса Планка
в Бонне. Спектр его интересов затрагивает выявленные авторами статьи группы
проблем научных оснований - от алгебры до квантовой физики, от
топологических проблем до квантовых компьютеров, принцип действия которых он
предугадал еще до американца Фейнмана. Манину удалось решить одну из проблем
Гилберта, которые считаются проблемами оснований математики.
Вообще говоря, Россия яснее других государств осознает
объективно-историческую тенденцию становления Ученого и технологического
мира ислама как структурного компонента наднационального мира
гуманитарно-технотронной цивилизации. Это связано с тем, что осмысление
деструктивных вызовов российской пассионарной истории прошедшего века
является важнейшим основанием поиска фундаментальной инновационной
альтернативы в качестве "общенациональной идеи". Именно продуктивное
инновационное участие (глобальное лидерство) в становлении нового
наднационального научного и технологического мира гуманитарно-технотронной
цивилизации является фундаментальной составляющей стратегии устойчивого
развития России. Для постановки этой грандиозной темы необходима отдельная
работа, но, в завершении, уместно сформулировать существенную историческую
аналогию. В долгосрочной исторической перспективе новая европейская сущность
России, обновляющая в целом и западноевропейское существо современной
Европы, способна сформироваться в системе фундаментального диалога с
постсовременной исламской Реформацией (в "духе становления" Ученого и
технологического мира ислама) подобно тому, как на ментальной основе
арабской философии, культуры, "математической письменности" сформировался
универсум средневековой Европы, символический континуум современной
европейской цивилизации.

Абдул-Хаким Ахмедович Султыгов
Специальный представитель Президента РФ по соблюдению прав и свобод
человека и гражданина в Чеченской Республике
Сергей Евгеньевич Шилов
председатель Социально-федералистской партии России,
советник Специального представителя Президента РФ

Ученый и технологический мир ислама - фундаментальная структура новой гуманитарной цивилизации. ч.1

А.-Х.А.Султыгов, С.Е.Шилов.


Ученый и технологический мир ислама -

фундаментальная структура новой гуманитарной цивилизации


http://lib.ru/POLITOLOG/SHILOW_S/sh11.txt

---------------------------------------------------------------
Email: info@psun-wppr.org
Date: 14 Dec 2002
---------------------------------------------------------------

"Самое большое богатство - разум, самая большая нищета - невежество".
Али ибн Абу-Талиб (четвертый из праведных халифов, 600-661)
Где Ужас, там и Спасительное
Гельдерлин, немецкий поэт романтик X IX в.

В начале настоящей статьи укажем на то фундаментальное обстоятельство,
которое сдерживает практическое воплощение всякого инновационного мышления в
самом широком спектре его объективно-исторической необходимости. Здесь и
системные препятствия на пути глобализации, а также несостоявшееся пока
событие становления новой экономики (интернет-экономики, прежде всего) в
качестве реальной практики устойчивого развития, и многое другое, результат
чего - фундаментальное разочарование, растерянность инновационных элит
цивилизации, не получивших ожидаемой поддержки проектам преобразований в
целях общемировых прогрессивных изменений. Горькое "удивление" Дж. Сороса,
не получившего ожидаемой реакции "массовой" элитной поддержки практическому
внедрению идей открытого общества и формированию своего рода нового "плана
Маршалла" для "построения" оного открытого общества на территории бывшего
СССР; "отшельничество" Б. Гейтса, ушедшего от практического руководства
компанией и провозгласившего себя "архитектором систем и сетей"; глобальное
эмоционально-политическое поражение поколения "джефферсоновских"
(социально-инновационных) демократов - поколения Клинтона-Гора; и, наконец,
до сих пор не преодоленная растерянность российских элит, рассчитывавших на
западную поддержку действительно масштабных научно-технологических и
социально-экономических инноваций (развитие которых тормозилось в рамках
СССР), а получивших жесткое прагматическое сотрудничество исключительно в
традиционных отраслях; - все это "живые свидетельства" какой-то чудовищной
системной ошибки, сбоя, вне выявления которой невозможно реальное
инновационное развитие, являющееся фундаментальной структурой устойчивого
развития цивилизации.
Суть данной ошибки - недопонимание той объективно-исторической
реальности, которая была, в том числе, обозначена в известной статье Ф.
Фукуямы "Конец истории". Рациональный смысл идеи "конца истории", взятой на
уровне осмысления, берущего начало от Декарта, Канта и Гегеля, чрезвычайно
далек от апокалиптических настроений, или апологии западного
либерально-капиталистического общества, - он всего лишь выражает истину
современного исторического состояния западноевропейской цивилизации в
контексте становления общемировой гуманитарно-технотронной цивилизации.
В формирующейся структуре устойчивого развития общемировой цивилизации
западноевропейская цивилизация с доминирующей функцией США, образует именно
первое (но не единственное) основание устойчивого развития - устойчивость
(о-стойчивость), остов цивилизации развития. (Российский академик Н. Моисеев
неоднократно подчеркивал сложное, системно работающее противоречие,
заключенное в самом концепте "устойчивое развитие". Аппелируя к Канту, можно
раскрыть концепт "устойчивого развития" как саму сущность "практического
разума".) Из подобного подхода следуют два объективно-исторических вывода:
во-первых, пределы инноваций западноевропейского общества предопределены,
место инноваций там закреплено как строго ограниченная функция, подчиненная
задаче воспроизведения статического состояния западноевропейской
цивилизации, имеющего общецивилизационный смысл о-стойчивости (поэтому
инновации, выходящие за границы "практического разума", имеющие
стратегическое общечеловеческое значение, отбраковываются); и, во-вторых,
для создания "совершенной", оптимальной модели устойчивого развития
необходимо второе основание - инновационное развитие, развитие на базе
о-стойчивости. Так, в модели федерализма "остов" образует система местной
власти (субсидиарность, делегирование полномочий на места) с тем, чтобы
центр мог сосредоточиться на проблеме развития.
Проблемы развития сегодня скурпулезно выявлены и описаны в материалах
ООН и других международных организаций, - предотвращение военных конфликтов,
борьба с бедностью и голодом, необходимость новой экологической политики и
другие "беспросветные" проблемы, образующие чуть ли не замкнутый круг, из
которого не может "прорваться" человечество. Отсутствует не просто механизм
(или механизмы) разрешения этих проблем - отсутствует, в целом, та
естественноисторическая реальность, та цивилизационная реальность
инновационного развития (субъект второго основания), которая, наряду с
западноевропейской цивилизацией как "остовом" устойчивого развития
(субъектом первого основания) образует оптимальную модель устойчивого
развития мировой цивилизации.
Для того, чтобы раскрыть суть цивилизационной реальности инновационного
развития, для выявления базовых характеристик субъекта второго основания
устойчивого развития, обратимся к истории западноевропейской цивилизации, к
тому ее "месту", где возникает сам феномен развития, к той точке, где
формируется сама возможность научного, технологического и промышленного
освоения действительности. Марксистский анализ, не допускающий существование
капитала в гуманитарной форме ("человеческое измерение экономики"), проходит
мимо этой точки, рассматривая научно-технологическое и промышленное развитие
тотально (сводимо к логической проблеме экономического производства), - как
самовоспроизводящийся, бесструктурный, но иерархически организованный
прото-акт истории (А.-Х. Султыгов, "Теория технологической эволюции",
2000г). Марксистский анализ работает с конкретно-исторической
действительностью научно-технологического развития, но не с возможностью,
способом его возникновения, содержащим потенциал развития во времени.
Непредвзятый исторический анализ западноевропейской цивилизации однозначно
увязывает, отождествляет даже, саму возможность научно-технологического
развития с возникновением и последующей историей становления европейского
университета как фундаментальной формы организации науки. Лишь сознание,
рефлексивная функция которого совершенно подавлена какой-либо из тяжелых
форм экономического детерминизма, способно оставаться при мнении, что
"первая" европейская наука, сыгравшая определяющую роль в создании
предпосылок раннего технологического и промышленного "перевороте", реализуя
при этом саму возможность науки как института, - это некие радикальные
сообщества атеистов, вдохновляемые поиском истины и преследуемые
невежественной церковью.
Ранний университет (вне которого невозможен университет "поздний",
современный) был формой изначальной институционализации науки, формой
образования христианского Ученого и техно-логического мира. Университет
создавался "на поверхности" живого религиозного института активными
интеллектуальными представителями состоявшейся в институциональном смысле
церкви в качестве института философии ("царицы наук", Большой науки,
меганауки), в качестве естественнонаучной системы "чистого разума",
находящейся в продуктивном диалоге с живым вероучением институциональной
церкви. Ранний университет раскрывался как система "практического разума",
выражающая универсум чистого разума (тео-логии), как фундаментальная
семиотическая система, формирующаяся на базе символической религиозной
системы, как реализация научно-практического и техно-логического значения
опыта "дефинирующего разума" (С. С. Аверинцев), осуществляющего свою
деятельность в сфере чистых оснований развития.
Таким образом, проблема возникновения субъекта инновационного развития
(субъекта второго основания устойчивого развития) раскрывается, прежде
всего, как проблема образования Нового университета. Речь, как следует из
вышеизложенного, идет не о некотором совершенствовании западноевропейской
научной организации, но об образовании нового научного мира как "мира
мировой цивилизации", об обращении к методологической форме университета как
к истоку феномена развития, раскрывающего саму возможность научного знания
по образованию "общества знаний".
Семиотическая теория Университета, эксплицированная и разрабатываемая
авторами настоящей статьи из контекста истории философии, науки, культуры,
письменности, является руководящей нитью для формирования представления о
субъекте инновационного развития цивилизации. Важнейшее положение настоящей
теории - "происхождение Университета из духа религии (чистого разума)" как
аналитическое положение объективно-исторической "очевидности", - априорное
основание первичной формы организации науки, поддерживаемое в акте
возникновения институциональной структурой религии (подобно тому, как
"поддерживается" некоторый "информационный протокол", "сообщение").
Речь идет о том, что для Нового университета, как видит
западноевропейская цивилизация институциональную структуру субъекта
инновационного развития (субъекта второго основания устойчивого развития), -
для этой "мировой души" устойчивого развития, телесность которой образует
западноевропейская форма организации жизни, необходима мощная
естественноисторическая символическая ("живорелигиозная", самоочевидная)
система, находящаяся в той стадии Реформации, когда на ее основе возникает
система семиотическая, возникает, то есть, форма университета, когда
раскрывается возможность Большой науки, как на определенном историческом
этапе развития христианства возник христианский мир европейского
университета, ранний мир европейской науки. Таким образом, мы стоим на
пороге возникновения Ученого и технологического мира ислама как
фундаментальной составляющей научного мира мировой цивилизации, воплощающего
"дух инновационного развития". Безусловно, в исламском мире существует
множество университетов, и авторы не подозревают их в некой вторичности по
отношению к университетам европейским, но речь здесь идет о том, как
возможно естественноисторическое возникновение, по сути дела, новой научной
эпохи, преодолевающей "кризис европейской науки", выявленный Гуссерлем еще в
начале прошлого века.
История исламской философии в концентрированном виде указывает на
такого рода объективно-историческую возможность. Ее западноевропейская
квалификация как философии "средневековой" теряет главный смысл, потенциал
самораскрытия, ведь тогда придется предположить, что эта "средневековая"
философия не знала ни классической древности, ни возрождения.
Соответствующий терминологический концепт "наследие" в арабоязычной
литературе, с нашей точки зрения, как раз и выражает тот фундаментальный
исторический профиль исламской философии, который совпадает по историческому
времени развития, характеризующему определенный этап развития
самостоятельной цивилизации, с периодом философии Отцов христианской церкви,
философского учения Августина Блаженного, - периодом становления
символического универсума религии, периодом формирования структуры "чистого
разума", периодом "возникновения мышления из религии" на фоне
институционализации религии, когда мышление как бы "вырезывается", по
выражению А. Ф. Лосева, на фоне религии.
Ибн Рушд (Аверроэс, 1126-1198) в своем "Рассуждении, выносящем решение
относительно связи между религией и философией" стремился показать не просто
"допустимость" философии, но доказывал "обязательность" (ваджиб) занятия
философией для мусульманина. Великий Данте помещает Аверроэса (вместе с
Платоном и Аристотелем) в Лимб. Католический философ и богослов Жильсон
называет учение Аверроэса о согласии религии и философии вехой в истории
мировой цивилизации.
"Наследие" исламской философии объективно является для всего
человечества предпосылкой возникновения Нового университета, Ученого и
технологического мира ислама, имеющего общечеловеческое значение. Так
неосуществленный, но намеченный проект Ибн Сины (Авиценны, 980-1037) об
универсальной родово-видовой схеме организации наук, есть, по существу,
проект Большой науки, меганауки, обретает свою актуальность на пороге
третьего тысячелетия. Европейцы должны осознать, что у них на глазах для
исламской цивилизации в ином, особом способе течения исторического времени
начинается медленный величественный процесс становления Ученого и
технологического мира ислама, который (процесс формирования Ученого и
технологического мира в чистом виде) является и "сокровенным воспоминанием"
для европейской истории мышления, и который захватывает самые
фундаментальные проблемы развития всего человечества, и, прежде всего, то
поле научной проблематики, поле оснований науки, оказавшееся "не по зубам"
науке западноевропейской в силу ее исторического возраста как
институциональной системы, двигающейся в определенном историческом времени и
проходящей иной этап развития. Необходимо осознать единство двух цивилизации
в науке - в разработке чистой функции устойчивого развития. Возрождение
"наследия" исламской философии, рефлексивное осмысление ее как истока, самой
возможности возникновения инновационной составляющей устойчивого развития
открывает, прежде всего, новые горизонты описания непосредственной
реальности устойчивого развития, отсутствующие в западноевропейской
традиции.
Так, Ибн Сина, "князь философов" и "князь врачей", описывает феномен
развития как "ряд возможного", который качественно отличается от
бесконечности "горизонтального" чередования единичного временного сущего,
возникающего в ограниченной материи мира. Такого рода постижение и
"схватывание" развития невозможно вне семиотической концепции абсолюта,
которая представлена у Ибн Сины в виде концепции времени-вечности,
образующей ряд развития: вечность представлена в образе двух стратегий
развития, направленных в прошлое и будущее из точки настоящего и образующих,
соответственно, 'азал и'абад. Понятие 'азал ("безначальность"), которое
выражает отсутствие начала во времени, ничего не сообщая о конечности или
бесконечности во времени, и понятие 'абад ("нескончаемость"), выражающее
отсутствие конца во времени для того, что могло иметь или не иметь начало во
времени, - вместе образуют бесконечно-конечную линию моментов времени,
сквозь которую просматривается действительный числовой ряд. Тела обладают
своими "до" и "после" благодаря времени, а само время - самостно, поэтому у
времени нет времени, т.е. время не бывает до или после времени. Настоящее
понимается как общая граница "до" и "после", или прошедшего и будущего.
Прошедшее и будущее континуальны и не имеют начала и конца. Читатель сам
может сопоставить уровень системности так востребованной сегодня
континуалистской теории времени Ибн Сины с истолкованием времени в философии
Августина Блаженного ("Исповедь", главы 10 - 30 книги XI), которое
производит впечатление не законченной стройной теории времени, а скорее
собрания отдельных высказываний Августина, очень слабо связанных друг с
другом логически. А ведь Аврелий Августин родился в 354 году, до, собственно
говоря, возникновения ислама, не говоря уже об арабской философии, - уже
одно это может дать читателю, способному "припомнить" историю европейского
университета, сама возможность которого (университета) закладывалась в том
числе и Августином Блаженным, косвенное представление о том грандиозном
явлении Ученого и технологического мира ислама, основанном на
структурообразующих компонентах "наследия", которое нас ожидает в грядущем.
По сути дела, становление Большой науки Ученого и технологического мира
ислама - это образование "нового аристотелизма" (С. С. Аверинцев). Само
"исламское наследие" и ввело исторически аристотелизм в основание
европейской культуры. Бывшие тогда в ходу латинские переводы Платона и
Аристотеля делались не непосредственно с греческих оригиналов, а с арабских
переводов, к которым прилагались комментарии Ибн Сины (Авиценны), Аверроэса
и др. В первом из европейских университетов в Салерно лекции читались на
арабском языке.
Постановка вопроса о "новом аристотелизме" как метафоре для грядущего
Ученого и технологического мира ислама в рамках разрабатываемой авторами
статьи семиотической концепции Университета - это не только идея о
необходимости новой универсальной философской энциклопедии наук, но
выявление базовых групп проблем современной науки, выявление связей между
ними, оснований и структурообразующих компонентов. Концепция "конца истории"
предполагает особое состояние западноевропейской цивилизации, которое можно
назвать состоянием без-основности в том смысле, что философско-меганаучные
основания западноевропейского знания "схватываются" феноменологически, в
реальной практике, "спрятаны" под напластованиями культурных традиций и
механизмов, не отрефлектированы, не прояснены в отчетливой форме,
подменяются "самочевидностью", - не могут быть смоделированы. Так,
практически любой учебник по праву напомнит вам во введении, что такая
фундаментальная проблема как нормообразование норм права не разрешима при
современном состоянии науки. Медицина открыто признает отсутствие
подтверждаемой практически теории иммунитета. Множество высокоученых
экономистов и экономических течений не способно скрыть факт отсутствия
научной концепции рынка, подтверждаемой на практике и способной к
долгосрочному прогнозированию "в реальных цифрах".
Мы выделяем семь структурных групп проблем выявления оснований науки,
вне разработки которых невозможна действительная концепция устойчивого
развития, то есть, меганаука:
проблема новой информационной экономки - научной (меганаучной), то
есть, рефлексивной теории рынка;
проблема нормоообразования норм права - научной, рефлексивной теории
права;
проблема "единой теории поля" - рефлексивной теории физики;
проблема теории иммунитета;
проблема оснований математики, логики - рефлексивной теории математики
(теории математического синтеза, или математической теории синтеза);
проблема искусственного интеллекта - теория математической риторики;
проблема федерализма - теории "меганаучного", гуманитарно-технотронного
государства, теория "государства рефлексии".
Западноевропейское мышление остановилось перед этими проблемами, сумев
их достаточно явно сформулировать, поскольку уже довольно длительное время
переживает исторически закономерный период "семиотического атеизма",
свойственный времени "конца истории". Дело в том, что структурообразующей
функцией, системной для всех семи групп проблем, является онто-научная
семиотическая конвенция, отрицающая бытие абсолюта, универсальной структуры,
в любом из возможных способов его существования на уровне языка науки, что
налагает тотальный запрет на фундаментальную рефлексию, на обобщения и
абстракции качественно новых порядков системности, развивающих не только
формально-математические методы, но и некоторые содержательно-математические
методы, то есть, методы в такой степени граничащие с физической реальностью,
что они практически являются ее частью - где "бог не играет в кости", по
выражению Эйнштейна. Речь идет не о формальном признании или непризнании
учеными религиозного абсолюта, а об образовавшихся генетико-семиотических
программах, образующих метод, но одновременно и предел языка современной
науки как основного средства семиотического (знакового) освоения
действительности.
Пожалуй, самым крупным семиотическим событием, первым семиотическим
поворотом для современной научной мысли стал приход в Европу арабских цифр.
Арифметика, которую до того учили схематично, была обновлена введением
девяти арабских цифр монахом Гербертом, получившем образование в Испании, в
мусульманском университете, и ставшим Римским Папой под именем Сильвестра II
(999-1003) (до него эти цифры не использовались за пределами мусульманского
мира). Несмотря на превосходство над римской системой счисления,
понадобилось еще около 400 лет, чтобы арабские цифры утвердились в
европейской математике и счете (важнейшая роль здесь принадлежит
авторитетному европейскому математики Фибоначчи, предложившему использовать
арабскую систему счисления вместо римской в 1202 году). Событие перехода на
арабскую систему счисления означало "появление Университета в головах",
появление научного мышления, обладающего орудием и методом своей научности,
своего ремесла - "алгоритмом". Известный исследователь "исламского наследия"
Де Во пишет: "Используя цифры, арабы стали основателями повседневной
арифметики, они сделали алгебру точной наукой и значительно развили ее, они
заложили основы аналитической геометрии; неоспоримо, что они были
основателями плоскостной и сферической тригонометрии. Астролябия (сафиха)
была изобретена арабом аз-Заркали (Арказел), который жил в Испании в
1029-1087". Одним из первых арабоязычных математиков, освоивших индийскую
позиционную систему с нулем и правила индийского счета, был Мухаммед бен
Муса из Средней Азии, известный под именем ал-Хорезми (в европейском
искажении -- Algorithmus, отсюда слово "алгоритм"). Сама возможность
"алгоритмизации" пространственно-временного континуума посредством
"исчисления бесконечно малых", получившая фундаментальное выражение в
"Математических началах натурфилософии" И. Ньютона, коренится в "наследии",
где гармонично сочетается с базовой "исламской" теорией равновесия,
выражающейся в заложенных в "исламском наследии" основах гидростатики -
науки о равновесии жидких тел, а также в изобретении маятника в часах.
Важнейшей составляющей Ученого и технологического мира ислама станет
разработка, раскрытие нового универсального алгоритма научного познания,
алгоритма меганауки, скрывающегося за метафорой "искусственного интеллекта".
Речь идет о возможности нового семиотического прорыва в рациональном
освоении действительности, связанного с качественно новом уровнем
тематизации знаковых систем. Так, по мнению исследователей в области истории
искусственного интеллекта, работа выдающегося мыслителя Мухйи ад-Дина
Мухаммада ибн аль-Араби (1165-1240) "Изображение окружностей, охватывающих
подобие человека Творцу и сотворенному миру" вместе с работой
францисканского монаха Луллия "Великое искусство", писавшего на арабском
языке, вводит идею "устройства для автоматического открытия истин", в рамках
которой приведены чертежи и "правила пользования" логической машиной. В 1200
г., начиная свое паломничество на Восток, Ибн аль-Араби видит необычный сон:
он будто бы "вступает в брачные отношения со всеми звездами неба и всеми
буквами алфавита". Одно из основных понятий криптографии - шифр - также
имеет корни в арабском слове "цифра". Одна из первых крупных книг, в которой
содержательно описывается криптография, - это труд, созданный Абу Бакр Ахмед
бен Али бен Вахшия ан-Набати, - "Книга о большом стремлении человека
разгадать загадки древней письменности". Важнейшее значение для формирования
нового семиотического поворота имеет филология как важнейшая составляющая
"исламского наследия", которая основывается "на теории, утверждающей, что на
смысл можно указать посредством пяти вещей: "выговоренности", "письма",
"жеста", "положения пальцев" (развитого среди дописьменных арабов сложного
искусства счета на пальцах) и "положения вещей". Составляя центр всех этих
отношений указания, сам "смысл", согласно данной теории, ни на что не
указывает и служит поэтому неопределимым фундаментом понимания и слова и
вещи. Слово определяется как единая структура, в которой "выговоренность"
связана со своим "смыслом" не случайно, но согласно "истине". Этим
"выговоренность" отличается, с одной стороны, от "бессмысленного звука",
который не передает смысл, а с другой - от "знака", который может быть
произвольно установлен для указания на те или иные вещи. Таким образом,
"выговоренность", с одной стороны, тождественна своему смыслу, поскольку
всегда транслируется в него, и наоборот, данный смысл выражается в своей, и
только своей "выговоренности". Современное философское знание, к которому
пришла западноевропейская цивилизация, характеризующее эпоху "конца
истории", указывает прежде всего на это состояние "феноменологического
голоса" и называет его "голосом, взятым в феноменологическом смысле, речью в
ее трансцендентальной плоти, дыханием интенциональной одушевленности,
трансформирующей тело слова... в духовную телесность. Феноменологический
голос и будет этой духовной плотью, которая продолжает говорить и
наличествовать себе самой -- ПРИСЛУШИВАТЬСЯ К СЕБЕ -- в отсутствие мира" (Ж.
Деррида, "Голос как феномен другой сущности в теории знака Гуссерля", 1973).
Подобное понимание как "грядущее" образует существо концепции деконструкции
"последнего философского гения" западневропейской философии Ж. Дерриды, в
частности, его вывод о том, что слово и обозначаемое им понятие, т.е., слово
и мысль, слово и смысл, никогда не могут быть одним и тем же, поскольку то,
что обозначается, никогда не присутствует, не "наличествует" в знаке.
Одной из важнейших стратегий Ученого и технологической мира ислама,
основанной на возрождении "исламского наследия" в форме нового университета
должна стать концепция Semeiotic Web (концепция и термин разработан авторами
и впервые публикуются в настоящей статье), концепция "семиотической
паутины".
В основе концепции Semeiotic Web лежат три ключевые технологии:
спецификации, позволяющие определить структуру смысла;
онтологическая система, позволяющая определять смыслы и отношения между
ними;
система определения ресурсов, обеспечивающая модель кодирования для
значений смыслов, определенных в онтологии.
Онтология основывается на дефинициях меганауки, рефлексивном
упорядочивании значений времени как классов категорий, образуемых смыслами
времени. (С. Е. Шилов, "Хроника. Дефиниции меганауки. Заметки на полях
"Философии и физики" Гейзенберга", 2000, www.psun-wppr.org). Semeiotic Web,
наряду с западноевропейской концепцией Semantic Web, технологиями
"семантической паутины", которые позволяют сегодня цивилизованному
сообществу начать автоматизацию использования разнородных распределенных
источников информации и служб в Интернета, и образуют одну из важнейших
коммуникационных систем технотронной цивилизации, как соответственно "новый
центр" и структура этой системы, как система категорий универсального языка
- знаковой системы, выражающей дефинитивную структуру феномена времени.
По существу, научный и технологический мир Запада сегодня пребывает в
стадии использования "непозиционных системам счисления", мы называем их в
концепции Semeiotic Web непозиционными (логическими) системами счисления
информации. Как известно, в таких системах счисления, которыми пользовались
древние египтяне, греки, римляне и некоторые другие народы древности, от
положения знака в записи не зависит величина, которую он обозначает; поэтому
они называются непозиционными системами счисления (римская система записи
чисел - римские цифры и др.). Концепция Semeiotic Web вводит понятие
позиционной (риторической) системы счисления информации. В позиционных
системах счисления, как известно, величина обозначается цифрой в записи
числа и зависит от ее позиции.
Власти Саудовской Аравии объявили недавно о том, что в ближайшие месяцы
специальные серверы, расположенные в городке науки и технологии имени короля
Абдель Азиза в Эр-Рияде, блокируют около 400 тыс. Web-сайтов по причине их
несоответствия моральным нормам этого королевства. Местные
Интернет-провайдеры, коих насчитывается около двух десятков, работают под
неусыпным контролем министерства науки и технологии, которое и занимается
фильтрацией и блокированием сайтов неподобающего содержания. По заявлению
министерства, 95% блокированных сайтов являются порнографическими, а
остальные 5% - пропагандируют идеи, которые противоречат законам ислама. Не
беремся оценивать данное решение, так как это тема отдельной статьи, но, в
целом, отметим остроту постановки вопроса о содержании коммуникационных
сетей на основе "исламского наследия", что особым образом подчеркивает
актуальность концепции Semeiotic Web как системы дифференциация (различения)
смысловых структур в рамках становления Ученого и технологического мира
ислама.
Впервые идея позиционной системы счисления возникла в древнем Вавилоне,
метафора вавилонской башни хорошо отражает гносеологические амбиции
настоящей системы. Так, идея позиционного счисления информации может стать
основной рефлексивной теории рынка, смысл которой феноменологически схвачен
в концепте "беспроцентного кредита", коренящемся в "наследии". "Разработка
концепции Semeiotic Web и иных фундаментальных стратегий Ученого и
технологического мира ислама означает фактическую деконструкцию "мифа о
Вавилонской башне", то есть выработку универсального языка мегаунаки,
выводящего человечество за пределы "раздробленности" мира на путь к новой
гуманитарной цивилизации.
Так, американский исследователь Франц Розенталь в своей книге
"Торжество знания" упоминает, что в Коране корень слова "знать" (ильм)
вместе с производными от этого словами " знание", "наука" встречаются около
750 раз, т.е. необычайно часто, составляя около 1% его словарного фонда. Для
аргументации идеи о том, что в Коране значительное место уделяется разуму и
знаниям можно привести ряд аятов. Так, "Разве сравняются те, которые знают,
и те которые не знают?" (39;12); "... слепой, глухой и зрячий, слышащий.
Разве сравняются в примере?" (11;26); "Возвышает Аллах тех из вас, которые
уверовали и тех, кому дано знание, на разные ступени" (58; 12). "Коран-это
священная книга, в которой рационализм занимает большое место". (М.
Роденсон)
Крупнейший мусульманский теолог Мухаммад аль - Газали (ум. 1111г.)
писал: "Наука зависит от благородства объекта знания, а ранг ученых - от
ранга знания. Не может быть сомнения в том, что самое главное и высокое из
всего подлежащего познанию есть Бог, Создатель, Творец, Подлинный,
Единственный. Поэтому знания о Нем, которые есть наука о (Его) единстве,
будут наиболее замечательными, славными и совершенной областью знания. Это
есть "необходимое знание", приобретение которого обязательно для каждого
сознательного человека".
Псевдорелигиозное самоопределение террористических организаций,
подчеркнутое событиями 11 сентября во всемирном масштабе, требует
осмысления. Сущностью террора как вида человеческой деятельности является
последовательный, рациональный, логически стройный, идеологический атеизм.
Атеизм как система антирелигиозного советского агитпропа - всего лишь жалкая
пародия на истинный системный атеизм - терроризм. Террор, таким образом,
должен пониматься как деструктивный "историко-правовой институт", замыкающий
ряд: революция, тоталитарное государство, террор. Подобно институту
революции, институту тоталитарного государства, институт террора имеет свой,
отличный от цивилизованного (и противостоящий ему) способ воспроизводства
капитала (включая гуманитарный капитал), свои социально-экономические,
правовые, информационные и иные отношения, административно-территориальную
организацию, идеологию, собственное жизненное, геополитическое,
этнонациональное пространство. Так террор не тождественнен войне: террор
может вести войну, как может вести войну революция, как может вести войну
тоталитарное государство. В условиях современной материалистической
цивилизации именно доведенный до совершенства атеизм зачастую является
наиболее возможной формой нематериалистического существования. "Террор
против террора - за этим более нет идеологии. У нас теперь нет ни идеологии,
ни политики. Ни идеология, ни причина, ни даже исламская причина не могут
быть теми источниками энергии, которые питают террор. Она (энергия) не имеет
своей целью изменение мира; она намерена (как любая ересь своего времени)
радикализировать мир посредством жертвы, в то время как система старается
реализовать (мир) силы. Терроризм, подобно вирусу, находится везде.
Пронизывая собою глобальную систему, терроризм, подобно тени всей системы
господства, готов в любом месте представлять себя в качестве двойного
агента. Нет никакой определенной границы для него, - он находится в самом
сердце этой культуры, которая борется с ним. Визуальная схизматика (и
ненависть) противостояния, на глобальном уровне это выглядит как вызов
Западному миру, тайно указывает на внутреннюю хрупкость господствующей
системы. ...Поэтому это не потрясение цивилизаций, религий, но то, что
находится по ту сторону Ислама и Америки. Однако некоторые пытаются
фокусировать конфликт на этих обобщениях, чтобы показать иллюзорную
видимость конфликта и его возможное решение (силовое). Конечно, это
фундаментальный антагонизм, но те, кто показывает его через призму Америки
(которая, возможно, находится в эпицентре, но, отнюдь, не является
воплощением глобализации) и через призму Ислама (который не является
воплощением терроризма), тем самым показывают, что глобализация сражается с
самой собой" (Ж. Бодрийар, "Дух терроризма"). Таким образом, закономерно,
что именно ислам, которому объективно-исторически предстоит период
Реформации, и который является сегодня живым религиозным институтом
цивилизации, вступающим в фазу реформации, - именно ислам образует круг
средоточия вызовов, важнейшим из которых является международный терроризм.
Как же понять, что именно истинный атеизм толкает религиозного фанатика на
самоубийственный акт террора? Разгадка в понимании Террора не как
информационной картинки, наводящей ужас на обывателя, но как деструктивной
историко-правовой системы, наследующей соответствующим историко-правовым
системам революции и тоталитарного государства. Радикальное несоответствие
идеалов революции и тоталитарного государства их исторической
действительности так же характерно и для института терроризма. Адекватный,
превосходящий по мощи ответ на глобальный вызов международного терроризма, -
это становление Ученого и технологического мира ислама. Речь, как следует из
вышеизложенного, идет не о каких-то необычных научных сообществах, но о
новых "стандартных" научных, информационных и технологических институциях и
сетях, решающих на современном и постсовременном уровне фундаментальные и
практические задачи устойчивого развития цивилизации.

Исламский взгляд: окружающая среда и ее ценность

Исламский взгляд: окружающая среда и ее ценность

Быстрое разрушение окружающей человека среды есть не что иное, как кризис ценностей. Это, фактически, наиболее шокирующее проявление развития западной цивилизации. Нельзя не сделать вывода, что современные наука и технология создали нам физическую возможность полного самоуничтожения, в буквальном смысле этого слова. Угроза самому фундаменту нашего земного существования – проявление этой возможности.
Современная ситуация

Современная цивилизация характеризуется потрясающим масштабом владения теми физическими и природными силами, которые на протяжении истории человечества были источниками бедствий и страданий разного рода. Современный человек, не являясь больше беспомощным перед капризами дикой природы, уже подчинил себе всю земную среду обитания и теперь бросает свой алчущий взгляд на звезды. Такое беспрецедентное господство над природой является уникальной впечатляющей чертой современной западной цивилизации. Каждая другая существующая в настоящее время цивилизация пытается подражать науке и технологии Запада и приобретать аналогичные средства устрашающего владычества. Политические идеологии, религиозные убеждения, культурное наследие и исторические традиции приносятся на алтарь «современности». Оказывается, что каждое нынешнее общество борется за трофеи западного захвата природы, не ограничивая себя какими-либо моральными соображениями.

По иронии судьбы, в то время как весь остальной мир ослеплен сиянием западного могущества, сам Запад более не уверен в моральном фундаменте своей цивилизации. Столкнувшись с огромным масштабом проблем, стоящих перед сегодняшним миром – проблем, не поддающихся техническому решению – люди на Западе проявляют все симптомы нервного срыва. Полная невозможность поддержания вечного существования нации «прогресса» бросает жуткую тень сомнения: сможет ли человечество как вид выжить на этой планете. Зловещее предчувствие грядущих стихийных бедствий – возможно, самой большой опасности, с которой сталкивается человечество сегодня – заставляет умерить свой пыл западных ученых. Короче говоря, сегодня исчезает то иллюзорное чувство господства, которым человек довольствовался на протяжении короткого периода времени. Безусловно, ушла в прошлое вчерашняя убежденность в могуществе Прометея.

Экологическая этика и религиозное сознание

Человек как существо никогда не находится в «естественном» состоянии, поскольку к тому моменту, когда его можно назвать человеком, он уже является носителем определенной культуры. Таким образом, стремление человека навязать природе свою волю можно истолковать, как его желание остаться в «человеческом» состоянии. Способ взаимодействия человека с природой – его поиски господства над ней или же попытки умилостивить ее жалкими подачками – отражает, таким образом, понимание человеком своего места в этом мире и те ценности, которых он придерживается. Без сомнения, окружающая человека среда – та часть природы, в которой человек обитает и которую он приспосабливает для удовлетворения своих потребностей – несет на себе печать мировоззрения, присущего данной цивилизации. Корни подхода к экологическим вопросам уходят в моральное и этическое сознание человека в данной культуре.

В последнее время люди, все более озабоченные ухудшением природной среды в глобальном масштабе, часто задают вопросы: «Насколько нынешний экологический дисбаланс отражает отсутствие духовных корней у современной культуры? Каковы философские предпосылки того отношения к окружающей среде, которое привело современное человечество на грань катастрофы? Что отличает интеллектуальное и духовное наследие Запада в его этическом подходе к природе и окружающей среде от более ранних и других современных культур? Является ли истощение природных ресурсов и ухудшение состояния окружающей среды всего лишь «оборотной стороной» индустриального общества, которое выпустило из бутылки джина технического прогресса и теперь не может его контролировать? Виновен ли в экологической драме человек, породивший слишком большое количество себе подобных? Возможно, корни наших сегодняшних проблем с окружающей средой – в том, что человек до сих пор распространял этические принципы лишь на отношения между людьми?»

Провокационный ответ на этот вопрос дает Линн Вайт Джр, выдвигающая тезис о том, что корни наших сегодняшних экологических проблем лежат в иудео-христианской этике. Вайт утверждает, что, согласно библейской традиции, человек – над природой. Он является особым творением Бога, и ему предписано владычествовать (наполнить землю и подчинить ее, господствовать над всякой рыбой в море, над всякой птицей в воздухе и над всем, что движется по земле). Христианство, продолжает Вайт, придает захвату природы человеком «священный» характер, и на этом базируются естественные науки. Своим возникновением западная наука и технология, как фактически и нынешний светский мир, обязаны библейской концепции: это – естественное развитие того, что было заложено в Христианстве. Здесь рассуждения Вайт приобретают обвинительный характер: Христианство, как она полагает, должно понести ответственность за нынешние проблемы с окружающей средой, поскольку корни современного экологического кризиса заложены в первой же главе книги «Бытие». Придерживаясь этой точки зрения, Вайт находит достаточно смелости для того, чтобы требовать изменения сегодняшней «этики господства», злоупотребление которой привело к экологическому кризису, и замены ее «францисканским консерватизмом».

Идолопоклонство и поклонение природе

От крестового поход против греха идолопоклонства, заключающегося в поклонении природе, также (по мнению Вайт) следует отказаться, поскольку «сомнительно, чтобы такая вещь, как идолопоклонство в форме поклонения природе, когда-либо существовала в заметной мере за пределами восприятия этого явления (часто - ошибочного) иудео-христианской культурой». Напротив, «лишенная «священности» природа, наша природа, стала идолом – «объективной реальностью», считавшейся окончательной и самодостаточной: высшей, единственной реальностью». В нынешнем экологическом кризисе, постигшем человечество, обвиняется вся пророческая традиция – от Авраама (мир ему) до Мухаммада (да благословит его Аллах и приветствует).

Однако в данном диспуте, касающемся проблемы окружающей среды и «монотеистического унижения природы», как обычно, едва ли упоминается Ислам, как будто бы это – религия, свалившаяся с Луны, а сегодняшняя миллиардная численность мусульман Земного шара – статистическая иллюзия. Считается по умолчанию, что «Ислам, как и марксизм, является иудео-христианской ересью», которая вряд ли может содержать в себе что-нибудь оригинальное. Для тех, в голове которых находится пара мыслей о расцвете исламской науки в средние века, имеется немедленное «объяснение» этого факта: «оказывается, что основные концепции и содержание исламской науки происходят всецело из греческих источников», и «изучение роли мусульманской науки в контексте данной дискуссии уведет нас в сторону от обсуждаемого вопроса».

Вопрос о взаимоотношении Ислама с естественными науками до сих пор ожидает надлежащего изучения. Если развитие науки в Исламе не приводило к тем же последствиям, что и на Западе, то это – благодаря тому, что она не отрывалась от этической основы.

Роль религиозного сознания в формировании отношения к окружающей среде заслуживает первоочередного внимания. Утверждения об идентичности позиций Библии (в том виде, как она существует на данный момент) и Корана по этому вопросу безосновательны. Здесь требуется тщательное изучение и сравнительный анализ. Несмотря на обычный для монотеистической религии словарь: Бог, создание, человек, история и Откровение, Кораническое понимание конечной цели существования человека, а, следовательно, и взгляд на его отношение к природе, отличается не только формально, но и, по сути, от Библейского. Природа и этика находятся в самом центре коранической концепции. Согласно Корану, влиять на естественный мир в соответствии с божественной этикой – главная цель человека.

Спасение или проклятие

Фактически спасение или проклятие человека полностью зависит от его способности взять на себя моральную ответственность в отношении к окружающей среде. Тема взаимосвязи природы и этики занимает настолько важное место в Коране, что даже сторонние наблюдатели не могут не заметить этого. Сегодняшний экологический кризис сделал Ислам особенно актуальной этической традицией. Ослепленные в свое время сиянием современности, сегодняшние мусульмане, количество которых в мире огромно, видят последствия экологической расточительности Запада и возвращаются к собственным духовным корням. Вся так называемая светская философия со своей ложной верой в вечность прогресса и процветания оказывается неадекватной реальности, если посмотреть на эту проблему в свете коранической этики ответственности и умеренности. Не случайно мусульманские интеллектуалы одними из первых подали голоса против злоупотреблений в обращении с природой, которые совершались во имя науки и прогресса.

В ближайшие годы мусульманские мыслители, я надеюсь, будут все более активно выступать по вопросам, касающимся окружающей среды и ее ценности. Я надеюсь, что исламское самосознание сделает их достойными партнерами в том диспуте, который до недавнего времени был прерогативой Запада.

В то время, как некоторые поносят всю монотеистическую традицию, обвиняя ее в нынешних экологических катаклизмах, истина требует, чтобы продолжался поиск «монотеистических» решений проблемы, хотя и за пределами библейской традиции. Я верю, что Ислам обладает необходимым «монотеистическим» лекарством от сегодняшних экологических болезней человечества.

С. Первез Мансур
www.islamonline.net
http://antiinkvizitia.ucoz.ru/index/0-18

Коран и глобализация - III

Коран и глобализация - III

3.2. Исламское видение преодоления глобального кризиса

Коранический подход к решению любых проблем имеет ценностную ориентацию, и проблема исторического и культурного релятивизма в исламе решается условным разделением ценностей на трансцендентальные и конкретно-исторические. Исламские ценности упорядочивают, структурируют впечатления и желания человека. Именно человек выступает в роли носителя этих ценностей: они необходимы ему для определения стоящих перед ним целей. Однако, несмотря на свой нормативный характер, исламские ценности преломляются в индивидуальном опыте каждого человека. В каждой конкретной ситуации индивид или социальная группа сталкиваются с конфликтом ценностей, которые они разрешают самостоятельно, неся ответственность за свой выбор.
Так, человеческая жизнь рассматривается исламом как одна из высших ценностей: «…Кто убьет человека не за убийство или распространение нечестия на земле, тот словно убил всех людей, а кто сохранит жизнь человеку, тот словно сохранит жизнь всем людям» (Коран, 5:32).
Но если человек распространяет смуту на земле после того, как на ней утвердился порядок, то общественное благополучие ислам оценивает выше, чем жизнь преступника: «Сражаться в этот месяц – великое преступление. Однако сбивать других с пути Аллаха, не веровать в Него, не пускать в Заповедную мечеть и выгонять оттуда ее жителей – еще большее преступление перед Аллахом. Искушение хуже, чем убийство» (Коран, 2:217).
С другой стороны, вера также относится к высшим ценностям, ради которой ислам допускает пожертвование собственной жизнью и имуществом: «Те, которые уверовали, совершили переселение и сражались на пути Аллаха своим имуществом и своими душами, выше пред Ним» (Коран, 9:20). Но если человека принуждают отказаться от веры, угрожая ему смертью, то ему разрешается сделать это на словах: «Гнев Аллаха падет на тех, кто отрекся от Аллаха после того, как уверовал, – не на тех, кто был принужден к этому, тогда как в его сердце покоилась твердая вера» (Коран, 16:106).
Таким образом, ценностная значимость предписаний ислама носит динамичный характер и во многом определяется конкретными обстоятельствами. На основе такого подхода выработаны правоведческие принципы, применяемые при анализе текстов Корана и Сунны. Хотя некоторые отрицают то, что юридические решения зависят от изменяющихся культурно-исторических толкований парадигматических текстов, убедительной нам представляется точка зрения тех, кто рассматривает смысл Корана и Сунны как некую культурную переменную [1].
«Всесторонний взгляд на последовательность ниспослания откровений и пророческую миссию показывает, как нужно строить политику и поступать при разных обстоятельствах и в разных ситуациях, опираясь на одни и те же базовые принципы, исходящие из одного священного источника» [2].
Тексты Корана и Сунны необходимо исследовать с лингвистических и исторических позиций, не возводя непреодолимых барьеров для решения проблем современности. Нельзя отрицать и тот факт, что именно различия в понимании обстоятельств и ценностных приоритетов во многих случаях порождали различие мнений между правоведческими школами. Однако подобные разногласия имеют четко оговоренные рамки, очерченные традиционными ценностями и неизменными предписаниями шариата.
«Большая часть правовых конструкций, обусловленных временем и пространством, развивается на основе принципов и предписания шариата и по этой причине является динамичной, отвечающей социальным нуждам. Другими словами, социальные институты, правовые детали и политика носят временный и гибкий характер, тогда как набор постоянных ценностей, религиозных обязанностей, правовых принципов и независимый от времени морально-правовой код (шариат) непреложны, неизменны и постоянны. Поэтому шариат является отправной точкой для всех форм деятельности в сфере социального строительства» [3].
Предназначение коранических ценностей, согласно исламскому вероучению, сводится к тому, чтобы вернуть цивилизацию на путь, соответствующий божьему замыслу и самой природе человека: «Мы ниспослали тебе Писание, чтобы ты вывел людей с дозволения их Господа из мраков к свету» (Коран, 14:1). В средние века ислам справился с этой миссией, вызвав бурное развитие философской и научной мысли не только в мусульманском мире, но и в Европе. По мнению мусульманских ученых, сегодня мировая цивилизация снова нуждается в формировании гуманитарных институтов, подобных тем, которые были созданы в мусульманском обществе. Как показала история последних десятилетий, Запад с этой миссией не справляется, поскольку его главной целью является установление экономической гегемонии, служащей его собственным интересам.
«В настоящее время мы имеем негативную среду, подобную той, для исправления которой был ниспослан ислам, – пишет М. Зубейри. – Любое развитие в мусульманских странах должно включать в себя такое международное лидерство. Получать помощь должны не только развивающиеся страны – миллионы обыкновенных граждан на Западе, уставших от закрепленных законом имущественных прав…» [4].
Однако ислам не проповедует идеологию алармизма – он лишь предупреждает о появлении социальных и экологических проблем, цивилизационных кризисов, разъясняя истинные причины этого. Для предотвращения такого развития событий Коран призывает строить человеческую цивилизацию, гармонизируя отношения между человеком, обществом и природой.
Ислам отвергает бездеятельный оптимизм с надеждой на то, что проблемы общества и цивилизации исчезнут сами по себе. Его позицию скорее можно охарактеризовать как конструктивный алармизм, направленный на реализацию последовательной программы, предполагающей постепенное реформирование взаимоотношений между индивидами, социальными группами и окружающей средой. Такое реформирование связей является одной из главных функций религии вообще, ведь это понятие образовалось от латинского слова religatio – «привязывание». Религия не только привязывает человека к Богу, но и укрепляет связи между людьми, социальными общностями и природой.
Потребность в социальном единстве ислам объясняет тем, что все люди являются потомками Адама (Коран, 4:1). Единство природы и человека в писании объясняется тем, что человек произошел из земли (Коран, 22:5).
Коран предлагает четкий, последовательный проект общественного устройства, затрагивающий все стороны бытия. Предложенный им механизм преодоления цивилизационного кризиса опирается на знания и мудрость, которым ислам придает трансцендентальное начало. Несмотря на это, они совершенно не лишены рационалистического начала.
Некоторые ученые даже высказывают мнение, что «ни в одном месте Корана, ни в одном его аяте нет даже намека на содержание, для изложения и доказательства которого средств рационального мышления было бы недостаточно и с этой целью следовало бы выйти за пределы этого мышления и обратиться к иррациональному мышлению» [5].
Однако, на наш взгляд, среди положений исламской религии есть такие, которые, на первый взгляд, представляются иррациональными, но это не дает нам основания сразу отвергать их. Любовь, красота и многое другое в нашей жизни не является рациональным, и нам следует признать, что рациональный подход к бытию имеет свои ограничения. С другой стороны, неподдающиеся рациональному объяснению положения ислама не противоречат разуму, что сделало бы их иррациональными. Скорее, они выходят за его рамки, поскольку их невозможно объяснить всесторонне ни логическими, ни эмпирическими методами.
Однако существование предела человеческих познаний, способностей разума и чувственных возможностей Коран также считает одной из милостей Бога.
«Если бы границы наших чувственных возможностей были раздвинуты шире, как у некоторых животных, наше восприятие вещей в повседневной жизни было бы совсем иным. И дело даже не в том, что форма вещей, структура их поверхности, цвет и другие их свойства были бы весьма отличными от того, что мы ощущаем в нашей обычной жизни, а просто некоторые из них вообще перестали бы для нас существовать, что нанесло бы ущерб всей человеческой культуре и цивилизации. Точно так же сила нашего зрения более ограничена, чем у некоторых видов животных, но если бы мы были наделены зрением, способным проникать внутрь оболочки явлений и видеть события и процессы, лежащие в основе явленного мира, то формы вещей перестали бы существовать для нашего зрительного восприятия, и мы лишились бы возможности извлекать из них знание о частном, которое ведет к пониманию общего. Другими словами, исчезло бы само значение вещей. Существование пределов, ограничивающих каналы и источники получаемого нами знания, является благом и милостью Божьей, дарованной нам для того, чтобы мы имели возможность понимать значения объектов познания и узнавать в них их Творца» [6].
Вселенский характер ислама изначально предполагал всеобщую интеграцию человечества (Коран, 7:158), однако в средние века мусульманской общине не хватило средств и возможностей для осуществления этой миссии. Глобализация открыла перед исламом такие возможности, однако ныне главным препятствием на этом пути зачастую оказывается неправильная интерпретация ценностей этой религии.
Одной из главных общечеловеческих ценностей, которые проповедуют Коран и Сунна, является способность человека к размышлению. Ислам поощряет и направляет творческий поиск для того, чтобы человеческая мысль постоянно развивалась и совершенствовалась. Во многих аятах писания содержится похвала в адрес людей, задумывающихся и размышляющих над божьими знамениями, разбросанными по свету и находящимися в самом человеке.
Коран призывает человека к полезному труду и порицает леность и бездействие. Вместе с тем писание предостерегает от любых поступков, которые приносят вред, напоминая человеку о том, что все его устремления будут оценены по достоинству (Коран, 9:105).
К непреходящим ценностям ислам относит чистоту – как материальную, так и духовную (Коран, 24:21). В хадисе, переданном аль-Бухари и Муслимом со слов Абу Хурейры, сообщается, что пророк сказал: «Вера состоит из семидесяти с лишним или шестидесяти с лишним ответвлений, наивысшим из которых является произнесение слов “нет божества, кроме Аллаха”, а самым низким – устранение с дороги того, что причиняет вред. Стыдливость тоже является одним из ее ответвлений» [7].
Ислам высоко чтит красоту и эстетику, поощряя развитие тех областей искусства, которые не связаны с притязаниями на божественность, идолопоклонством и распутством. Установленные Кораном и Сунной ограничения, однако, не притормозили развитие искусства в мусульманских государствах, а способствовали формированию известных школ миниатюрного искусства, живописи, архитектуры, каллиграфии, ковроткачества и т.д. В одном из хадисов, переданном Ахмадом и Муслимом со слов Ибн Масуда, сообщается, что пророк сказал: «Поистине, Аллах красив и любит тех, кто красив» [8].
Ислам побуждает уважительно относиться к чувствам других, запрещает покушаться на честь и достоинство людей (Коран, 49:11-12). Аль-Бухари и Муслим передали со слов Ибн Масуда, что пророк сказал: «Если будете втроем, пусть двое не перешептываются втайне от третьего, пока вы не присоединитесь к другим людям, ибо это может принести ему огорчение» [9].
Особое место в Коране отводится разъяснению ценности человеческой жизни. Ислам запрещает покушаться на жизнь невиновных людей и убивать детей из страха перед голодом и нищетой (Коран, 6:151), а также лишает человека права самостоятельно расставаться с жизнью (Коран, 4:29).
Таким образом, акцентируя внимание на общечеловеческих ценностях, Коран призывает к преодолению цивилизационных проблем путем создания ценностно-смыслового мира, в котором каждый актор будет гармонично вписан в трансцендентальную идею мироздания. При этом человек выступает единовременно в роли субъекта и объекта реформации, ядра нового мирового порядка, движущей силы цивилизационных перемен. Проблема человека является одним из главных предметов обсуждения в Коране. Более того, это писание целиком является либо обращением к человеку, либо повествованием о нем. Слово «человек» повторяется в нем 63 раза, выражение «сыновья Адама» – 6 раз, а слово «люди» – 240 раз [10].
Несмотря на то, что все предписания Корана и Сунны предполагают совершенствование человека и общества, мы хотели бы остановиться на некоторых положениях исламской религии, имеющих наибольшую актуальность для современного общества. Эти положения касаются как отдельных индивидов, так и деятельности международных политических институтов, транснациональных корпораций, мировых научных центров, религиозных конфессий и других акторов. Поэтому реализация основанной на них программы в полном объеме, на наш взгляд, возможна только при осознании всеми обществами всей сложности и масштабности надвигающегося кризиса. Тем не менее, усвоение и воплощение в жизнь этих принципов на практике представляют наибольшую важность для мусульманских обществ, поскольку они лежат в основе культурно-антропологических и социально-психологических особенностей исламского мировосприятия.

Примечания:
[1] Сахедина А. Исламское богословие христиано-мусульманских отношений, с. 168.
[2] Abusulayman A.A. Crisis in the Muslim Mind, р. 48.
[3] Irfan Ul Haq. Economic Doctrines of Islam, р. 33.
[4] Zubairi M.Y. The Principle of Intrinsic Opportunity: Its Role in Islamization of Scientific Development, р. 54-58.
[5] Байындыр А. Взгляд на сектантство в свете Корана, с. 12.
[6] Аль-Аттас М.Н. Введение в метафизику Ислама – изложение основополагающих элементов мусульманского мировоззрения, с. 158.
[7] Ан-Навави Я.Ш. Рийад ас-Салихин, с. 71.
[8] Аш-Шаукани М.А. Нейл аль-Аутар, т. 1, с. 410.
[9] Ан-Навави Я.Ш. Рийад ас-Салихин, с. 474.
[10] Абдулхакк С.И. Мафхум ал-Хадара фи ал-Ислам, с. 211.
http://www.waytoquran.net/cgi-bin/e-cms/vis/vis.pl?s=001&p=0035&n=000013&g=

Коран и глобализация - II

Коран и глобализация - II

1.2.2. Социально-природные проблемы



К числу проблем, возникшим в системе «общество-природа», относится глобальное изменение климата. Появление «островов» глобальной экономики с бурно развивающейся промышленностью, огромным количеством автомобилей и густой сетью новейших коммуникаций сопровождается активным пагубным влиянием цивилизации на земную экосистему.
Ожидается, что к 2020 г. мировое энергопотребление увеличится вдвое по сравнению с 1996 г., что приведет к увеличению выделения газов, участвующих в парниковом эффекте на 45-90%. По прогнозам специалистов, к 2020 г. свой вклад в глобальное загрязнение будут вносить миллиард автомобилей с выбросом выхлопных газов, уже неподвластным никакому контролю. Однако ждать серьезных экологических проблем не приходится. Наводнения и ураганы уже успели стать частью объективной реальности, которая является результатом глобального потепления и изменения климата. И если в 1980-е годы страховым компаниям во всем мире приходилось компенсировать убытки в среднем от пятидесяти природных катастроф, то в середине 1990-х годов эта цифра выросла до 125 [1].
Предостережение от такого рода проблем содержится в древних мусульманских преданиях. В хадисе Абу Хурейры, переданном Ахмадом, сообщается, что пророк сказал: «Судный Час не наступит до тех пор, пока не начнутся проливные дожди, от которых люди не смогут укрыться в глиняных домах» [2].
По мнению ученых, увеличение осадков будет связано с глобальным потеплением. Согласно прогнозам, в XXI веке средняя температура повысится на 1,2-3,5 градуса Цельсия [3].
Экологи связывают потепление с нарушением экологического равновесия в силу несоразмерного потребления энергии. «На данный период в мире в среднем сжигается около 8,0 млрд. тонн топлива нефтяного эквивалента в год, независимо от того, является ли оно газообразным, жидким или твердым. При этом из атмосферы поглощается более 28,0 млрд. тонн кислорода. … Если и далее будет продолжаться такой же темп потребления первичных энергоносителей, то примерно через 50 лет в результате парникового эффекта и загрязнения атмосферы повысится температура и произойдет таяние ледников и др. симптомы, которые уже сегодня проявляются» [4].
«Потепление опасно тем, что ускорит глобальный цикл кругооборота воды: водообмена между океанами, атмосферой и сушей. Более высокие температуры ведут к интенсивному испарению, и почва будет высыхать быстрее. Увеличение содержания воды в атмосфере будет означать большие масштабы осадков» [5].
В священных текстах обращается особое внимание на то, что увеличение осадков будет иметь глобальный характер. В хадисе Анаса б. Малика, переданном Ахмадом, Абу Йалой и аль-Баззаром, сообщается, что пророк сказал: «Судный час не наступит до тех пор, пока не начнутся повсеместные дожди, из-за которых на земле исчезнет растительность» [6].
В этом предании изменение климата связывается с возникновением продовольственного кризиса. Мировое сообщество уже успело столкнуться с его первыми предпосылками в 1996 г., когда зернохранилища по всему миру содержали запасы пшеницы, риса, кукурузы и других зерновых всего на сорок девять дней.
На возможное возникновение глобального продовольственного кризиса указывает то, что в различных точках планеты годовые нормы осадков время от времени выпадают за день, уровень Мирового океана постоянно повышается, а на высоте около 1500 метров над уровнем моря в Альпах зимой не остается лежать снег [7].
С другой стороны, развивающиеся страны все больше жертвуют своими высокопродуктивными почвами, отводя их под строительство заводов, жилых массивов и автострад. С 1960-х гг. Япония, Южная Корея и Тайвань пожертвовали 40 процентами посевных площадей зерновых культур. В Индонезии только на одном острове Ява уничтожено 20000 гектаров пахотных земель – площадь, способная прокормить 360000 ее жителей [8]. Не отставать от них стремятся и другие развивающиеся страны. В то же время засуха, засоление и загрязнение воздуха продолжают губительно сказываться на плодородности оставшихся пахотных земель.
«Начиная с 1970 г. в Африке, Америке и Азии площадь пустынь увеличилась на 120 млн. га, что превосходит возделываемые площади Китая; при этом за 20 лет фермеры во всем мире утратили более 480 млрд. т. чернозема, эквивалентные его запасам на Индийском полуострове» [9].
«Каждый год по причине деградации почв или наступления городов становятся непригодными для возделывания сельскохозяйственных культур дополнительно 20 млн. гектаров сельскохозяйственных угодий. В то же время ожидается, что в течение следующих 30 лет спрос на продовольствие в развивающихся странах удвоится» [10].
Актуальность этой проблемы усугубляется демографическим взрывом, который начался еще в прошлом столетии. В XX в. численность населения Земли увеличилась в четыре раза [11]. Ежедневно население нашей планеты увеличивается в среднем на 200-250 тыс. человек [12].
Между 1950 и 2000 гг. население Земли увеличилось с 2,5 до 6 млрд. человек. По прогнозам ООН, в 2030 г. оно увеличится до 8,5 млрд. человек, а в 2100 г. – до 14,4 млрд. человек [13].
При этом большая часть прироста населения (до 90%) будет обеспечиваться развивающимися странами. В них и будет проживать большая (до 87%) часть населения планеты. Численность населения 48 беднейших стран мира в течение этих 50 лет увеличится в три раза [14].
Таким образом, есть все основания полагать, что в ближайшие годы разрыв между потребностями людей в пище и способностью земли удовлетворять их будет увеличиваться. В некоторой степени это подтверждает предположение английского священника и экономиста Томаса Роберта Мальтуса (XVIII век). Мальтус полагал, что ресурсы Земли являются конечными и будут исчерпаны. Естественным регулятором существующего несоответствия между потребностью в продовольствии и земными ресурсами, по его мнению, являются эпидемии, войны, а также стихийные бедствия, с которыми человечеству нет смысла бороться.
В то же время, согласно исламским представлениям, главной причиной продовольственного кризиса будет не бурный рост численности населения планеты, а нарушение божьих установлений и социальная несправедливость: «Любое бедствие постигает вас лишь за то, что приобрели ваши руки» (Коран, 42:30).
В упомянутом ранее хадисе Абдуллаха б. Умара говорится: «О мухаджиры! Упаси вас Аллах от пяти испытаний: если люди … станут обманывать на мере и весах, то для них начнутся тяжелые годы, появятся нехватка продовольствия и несправедливые правители».
По исламу, Творцом и Кормильцем всего сущего является Бог, и поэтому заботиться о пропитании людей и других живых тварей не входит в обязанности человека. Он должен прикладывать максимум усилий для обретения мирских благ и уповать на Бога, не расходуя силы на решение непосильных для него задач.
«Мы простерли землю, поместили на ней незыблемые горы и взрастили на ней в меру всякие вещи. Мы предоставили на земле пропитание вам и тем, кого вы не кормите. Нет таких вещей, хранилищ которых не было бы у Нас, и ниспосылаем Мы их только в известной мере» (Коран, 15:19-21).
«Нет на земле ни единого живого существа, которого Аллах не обеспечивал бы пропитанием» (Коран, 11:6).
Ислам расценивает демографический контроль как покушение на законное право супругов иметь потомство и считает его неверным путем разрешения продовольственного кризиса. Следствием такого идеологического обоснования высокой рождаемости является быстрое увеличение численности мусульманской цивилизации. По некоторым прогнозам, за ближайшие полвека она вырастет более чем в полтора раза: к 2050 г. население 40 мусульманских стран составит 1529 млн. человек (в 1998 г. – 982 млн. человек) [15].
Загрязнение окружающей среды также является одной из глобальных проблем, порожденных научно-технической революцией. Нужно отметить, что фраза «загрязнение окружающей среды» не совсем точно отражает суть проблемы, потому что загрязнение может не иметь каких-либо последствий, если экосистема остается устойчивой и самоочищается. Однако сегодня мы становимся свидетелями изменения экосистемы, которое выражается в повышении уровня воды, солнечной радиации и даже появлении интродукционных организмов (кролики в Австралии). Еще одним результатом глобального загрязнения является появление уродств и прочих врожденных заболеваний. Упоминания об этом также можно найти в достоверных хадисах.
Ибн Маджа передал со слов Сахля б. Саада, что пророк сказал: «Перед наступлением конца света участятся провалы, падения и уродства». Его спросили: «О посланник Аллаха! Когда же все это произойдет?» Он ответил: «Когда будет много музыкальных инструментов и певиц, и люди сочтут дозволенным употребление вина» [16].
Появления на свет детей с врожденными заболеваниями или уродствами является прямым следствием загрязнения окружающей среды. Число городов с неблагоприятным экологическим статусом растет с каждым годом.
Столица Азербайджана тоже характеризуется нездоровой экологической обстановкой. Согласно опубликованным в начале марта 2004 г. результатам исследований мирового уровня жизни, проведенным Mercer Human Resource Consulting, Баку был признан городом с самой неблагоприятной для здоровья ситуацией. В ходе исследования, проведенного в 215 странах, было принято во внимание 39 критериев уровня жизни, – в том числе политический, социальный, экономический факторы, защита окружающей среды, состояние здравоохранения, образования и т.д. [17].
На долю пяти городов Азербайджана – Сумгайыта, Баку, Гянджи, Али-Байрамлы и Мингячевира – приходится 96% вредных веществ, выбрасываемых в атмосферу. В этих городах содержание вредных веществ в атмосфере в 5 раз превышает установленные стандарты качества воздуха Азербайджанской Республики [18].
Коран и Сунна также уделяют внимание защитной функции атмосферы. «Атмосфера Земли подобна огромному зеркалу, которое, с одной стороны, возвращает на поверхность планеты то, что полезно для нее, а с другой стороны – возвращает в космос то, что может навредить Земле и ее обитателям. В частности, атмосфера отражает ультракрасное излучение, которое может привести к глобальному потеплению. В то же время атмосфера возвращает на землю водяные пары, которые поднимаются с поверхности рек, морей и океанов, а затем выпадают в виде осадков. Наконец, атмосфера отражает теле- и радиоволны, благодаря чему люди по всему свету могут принимать и отправлять сигналы друг другу» [19].
Коран описывает эту функцию атмосферы следующим образом: «Клянусь небом возвращающим…» (Коран, 86:11).
Одним из наиболее важных слоев атмосферы является озоновый слой. Он имеет толщину 10-50 км и представляет собой естественный щит, защищающий Землю от вредного ультрафиолетового излучения. Дело в том, что Солнце, как и другие звезды, излучает волны широкого диапазона. Видимые волны, которые мы называем солнечным светом, являются всего лишь частью этого излучения. По своей длине они находятся между ультрафиолетовыми и инфракрасными лучами. Инфракрасные лучи короче тех, что может дифференцировать человеческий глаз, а ультрафиолетовые лучи длиннее них.
Короткие волны (рентгеновские и гамма лучи) полностью блокируются в верхних слоях атмосферы. Большинство ультрафиолетовых лучей поглощаются в озоновом слое, и только небольшое количество ультрафиолетового излучения достигает поверхности Земли. Благодаря этим лучам люди получают загар, однако в избытке они оказывают канцерогенное действие, т.е. вызывают рак кожи.
В начале 70-х гг. прошлого столетия было обнаружено, что хлорфторуглероды разрушают озоновый слой в стратосфере и увеличивают поток солнечной радиации в достигающей земной поверхности ультрафиолетовой части спектра.
Подробные научные сведения о строении атмосферы и существовании озонового слоя были получены сравнительно недавно. Тем не менее, в Коране встречается ясное указание на существование некоего защитного слоя вокруг Земли. В описании хождений праведника Зуль-Карнейна сказано: «Когда он прибыл туда, где восходит солнце, он обнаружил, что оно восходит над людьми, которым Мы не установили от него никакого прикрытия» (Коран, 18:90).
Для ранних комментаторов было крайне сложно понять весь глубокий смысл этого аята. Но сегодня, опираясь на достижения современной науки, из этого откровения можно сделать несколько выводов.
Во-первых, слово «прикрытие» указывает на то, что солнце может причинить вред, поскольку в противном случае не было бы нужды укрываться от него.
Во-вторых, мнение некоторых ранних толкователей о том, что под словом «прикрытие» подразумеваются горы или холмы, явно нуждается в дополнении, поскольку горы и холмы могут защитить от ультрафиолетового излучения только тех, кто поселился внутри них.
В-третьих, контекст аята указывает на то, что упомянутые люди, не имевшие прикрытия от солнца, были исключением, тогда как для остального человечества такое «прикрытие» существовало.
В-четвертых, слова «Мы не установили от него никакого прикрытия» указывают на то, что это «прикрытие» является естественным, а не сконструированным человеком. Таким образом, этот аят не относится к домам или другим строениям, воздвигаемым людьми.
В-пятых, коранический стих указывает на целый народ, не имевший такого «прикрытия». По нашему мнению, это соответствует современным представлениям о существовании так называемых «дыр» в озоновом слое. По мнению исследователей, такие «дыры» в некоторых участках Земного шара существовали всегда, однако о них стали говорить с тревогой лишь недавно, когда их размер стал увеличиваться и поставил под угрозу благополучие человека.
В 1987 г. был подписан Монреальский протокол по веществам, разрушающим озоновый слой. В 1996 г. производство фреонов было запрещено в экономически развитых странах, а к 2010 г. оно должно быть прекращено даже в развивающихся странах. По оценкам экспертов, если бы протокол не был подписан, то «уровень веществ, разрушающих озоновый слой, был бы сейчас в пять раз выше существующего» [20].
Таким образом, разъяснение опасности социально-природных проблем занимает важное место в Коране и Сунне. В хадисах подчеркивается, что загрязнение окружающей среды носит антропогенный характер, и поэтому решение этих проблем ислам видит в целенаправленном регулировании человеческой деятельности. Это значит, что человек должен взять на себя часть гомеостатической функции экосистемы, чтобы компенсировать свое воздействие на природу. Поэтому ислам особо подчеркивает ответственность человека за все, что происходит с ним и вокруг него, – в том числе за изменение и восстановление среды его обитания: «Воистину, Аллах не меняет положения людей, пока они не изменят самих себя» (Коран, 13:11).
Наряду с этим, ислам предлагает человечеству систему ценностей, предполагающую предотвращение глобальной экологической катастрофы и сохранение земной экосистемы для грядущих поколений.

[1] Мартин Г.-П., Шуманн Х. Западня глобализации: атака на процветание и демократию, с. 54.
[2] Ал-Вабил Ю.А. Ашрат ас-Саа, с. 203.
[3] Боришполец К.П. Современные угрозы человеческому развитию, с. 80.
[4] Халилова Х.Х. и др. Некоторые аспекты решения экологических проблем в Азербайджане, с. 74.
[5] Боришполец К.П. Современные угрозы человеческому развитию, с. 80.
[6] Кулиев Э.Р. Пророчества о приближении конца света согласно Корану и Сунне, с. 74.
[7] Мартин Г.-П., Шуманн Х. Западня глобализации: атака на процветание и демократию, с. 57.
[8] Там же, с. 62.
[9] Антипина О.Н., Иноземцев В.Л. Постэкономическая революция и глобальные проблемы, с. 169.
[10] Боришполец К.П. Современные угрозы человеческому развитию, с. 84.
[11] Там же, с. 79.
[12] Тураев В.А. Глобальные вызовы человечеству, с. 106.
[13] Уткин А.И. Мировой порядок XXI века, с. 113.
[14] Римашевская Н.М. и др. Население и глобализация, с. 202.
[15] Яковец Ю.В. Глобализация и взаимодействие цивилизаций, с. 92.
[16] Ал-Албани М.Н. Сахих аль-Джами ас-Сагир, с. 683.
[17] ИА Regnum, 03 марта 2004 г.
[18] Халилова Х.Х. и др. Некоторые аспекты решения экологических проблем в Азербайджане, с. 72.
[19] Кулиев Э.Р. Чудеса Корана и современная наука, с. 19.
[20] Боришполец К.П. Современные угрозы человеческому развитию, с. 80.
http://www.waytoquran.net/cgi-bin/e-cms/vis/vis.pl?s=001&p=0035&n=000006&g=